В средние века, когда сознание людей было полностью религиозным, религиозные и политические элиты европейских государств постоянно утверждали, что евреи несут коллективную ответственность за убийство Христа. А следовательно, рассеяние евреев в первом и втором веках новой эры в результате двух Иерусалимских восстаний и все их последующие бедствия объяснялись карой господней за распятие Иисуса.

С экономической точки зрения в средневековую эпоху определённым группи­ровкам правящего феодального класса зачастую становилась выгодной травля евреев, т.к. обвинив их во враждебности к христианству, а именно так было легче всего настроить против них неграмотные и суеверные массы, можно было лишить их имущества, конфисковав его в пользу казны. Одновременно клерикалам именно таким образом было легче поддерживать религиозный фанатизм в тёмной и забитой жизненными невзгодами толпе, а значит, и свою власть и доходы. Подобное отношение оборачивалось требова­ни­ями «возмездия», о чём свидетельствует продолжительная история преследова­ний евреев со стороны инквизиции, крестовых походов, выселений и погромов, освящённых верой.

В новое и новейшее время реакционеры всех мастей взяли на вооружение оголтелый национализм, благо евреи всегда жили рядом и было кого обвинить в бедах «титульной» нации, свалив свои собственные грехи на «внутреннего врага». Таким образом, и появился лозунг «Бей жидов – спасай Россию! (Францию, Германию, Польшу, Румынию и кого угодно)», лозунг, рассчитанный на отвлечение тёмной и озверевшей из-за нищеты и эксплуатации черни от реальных причин социально-экономических невзгод. И в наши дни этот лозунг оказывается распространён повсеместно, правда, в несколько видоизменённой форме – в виде «теории мирового еврейского заговора», с целью «управления миром кучкой еврейских толстосумов». По нашему убеждению, данная «концепция» не просто абсурдна с научной точки зрения, не просто негуманна, но ещё и унизительна для всех народов и в первую очередь для великих наций. Как можно себе представить великий американский народ, великий китайский народ, великий русский народ, великий французский народ, великий немецкий народ, великий английский народ, великую арабскую нацию и т.д. управляемыми кучкой «злодеев евреев»? Разве это не великие, образованные и культурнейшие нации, давшие миру прекраснейшие образцы творчества во всех сферах человеческой деятельности? Это же надо так не уважать свои собственные народы, чтобы принимать их за стадо баранов, которое можно повести в любом направлении и которое не станет роптать, даже когда его поведут на бойню! Непонятно, насколько же глупым следует быть, чтобы воспринимать такие бредни всерьёз…

Однако, чтобы понять глубинные корни самого дикого в истории человечества антисемитизма, появившегося в годы нацистской диктатуры в Германии и странах-союзницах Гитлера, следует, хотя бы в сжатой форме, рассмотреть причины прихода фашистов к власти в Германии. Политика «мирной ревизии» Версальского договора, проводившаяся либеральными политиками Веймарской республики в 20-е годы, не дала желаемых результатов. Хотя тиски Версаля и были ослаблены, но сбросить их не удалось, а реализация планов установления мирового господства германского империализма прежними методами вообще казалась невозможной. Поэтому наиболее реакционные круги германского финансового капитала стали склоняться к мысли о необходимости смены способов и средств для достижения этой цели, ради чего следовало привести к власти наиболее оголтелые силы немецкой реакции и реванша.

Все это происходило на фоне разразившегося мирового экономического кризиса, крайне обострившего все противоречия капитализма как внутри стран, так и на между­народной арене. Особенно сильно он сказался на Германии, поразив ее до основания. За годы кризиса национальный доход страны снизился более чем на 40%, почти половина промышленного пролетариата (7 млн. чел.) осталась без работы, быстро нарастал революционный подъем. Классовые бои становились все более ожесточенными, резко пошел вверх авторитет компартии, ставшей массовой и грозившей смести капитализм.

В этих условиях немецкие монополисты, истинные хозяева страны, привели к власти гитлеровцев, вознамерившись разрешить две задачи сразу: уничтожить коммунизм в Германии и взять реванш за поражение в Первой мировой войне, установив мировое господство германских монополий. И «странное» совпадение – в обоих этих «смертных грехах» – коммунизме и поражении в войне – нацисты обвиняли евреев. Ставка была сделана не случайно. Фашистская партия, возглавляемая А. Гитлером, открыто выступила с шовинистическими лозунгами войны за мировое господство германской расы, разжигала ненависть к другим народам, в первую очередь к евреям, «предавшим Германию» в конце Первой мировой войны, спекулируя на унижении национального достоинства немецкого народа Версальским мирным договором – являющимся креатурой «мирового жидомасонства», призывала к жестоким репрессиям против рабочего и демократического движения, к установлению жесточайшей террористической диктатуры в Германии. Следует отметить, что постоянная, на протяжении 14 лет после Версаля, пропагандистско-психологическая обработка населения страны в духе борьбы с «несправедливостями Версаля» подготовила подавляющую его часть к восприятию как чего-то вполне «естественного» агрессивных акций, осуществленных нацистами до начала Второй мировой войны, а затем и страшных преступлений, совершённых против гражданского населения уже после её начала.

Круг финансовых и промышленных магнатов, поддержавших фашистскую партию был широк. К ним принадлежали, прежде всего, глава Стального треста Ф. Тиссен, «угольный король» Я. Шахт, директор крупнейшего в мире химического концерна (и крупнейшего в Европе) «ИГ Фарбениндустри» Г. Шницлер, «электрический король» Сименс, крупнейший промышленник, хозяин крупнейшего частного концерна в Европе Ф. Флик, «король пушек» А. Крупп, мультимиллионеры А. Феглер, Ростерг, Шредер, Ренхард, Рехлинг. Не последним делом в их ставке на Гитлера был и расчёт поживиться собственностью своих еврейских конкурентов в результате её «ариизации», или, другими словами, ограбления. Подобную поддержку фашистской партии оказывали многочислен­ные немецкие князья и бароны, крупнейшие землевладельцы, а также иностранные моно­полисты, например, английский нефтяной магнат Г. Детердинг, известный ненавистник «иудеокоммунизма», американский «Автомобильный король» и одновременно ярый антисемит Г. Форд и другие.

Еще за два года до прихода гитлеровцев к власти атташе американского посольства в Берлине Д. Гордон сообщал госсекретарю Г. Стимсону: «Нет никакого сомнения, что Гитлер получил значительную финансовую поддержку от определенных крупных про­мышленников… Важные финансовые круги… оказывают давление на канцлера и других чле­нов кабинета, чтобы предпринять эксперимент с участием нацистов в правительстве».

Но не следует понимать вышесказанное упрощенно, так как взаимоотношения монополистов с гитлеровцами не ограничивались предоставлением помощи, а лидеры германского фашизма не были безвольными приказчиками капиталистов. Здесь имело место гораздо более сложное явление. Оно заключалось в том, что гитлеровская партия выполняла волю монополистского капитала в целом и объективно была его верным орудием. Установленный фашистами режим служил интересам монополий и имел определенное классовое предназначение, которое могло и не совпадать с частными устремлениями отдельных монополистов. Гитлеровцы обладали огромной (хотя и она была относительной) самостоятельностью и проявляли инициативу в поисках таких решений, которые полнее отвечали интересам главных представителей финансовой олигархии. При фашистах произошло невиданное ранее сосредоточение власти в руках государственного аппарата, его верхушки. Это создало иллюзию его независимости от общества. Но в то же время, прямо или косвенно, тысячами нитей, усилилась зависимость, чаще конечно теневая, этого аппарата от делового мира. Так что, если оценивать характер фашистской диктатуры, то можно сказать так: это была диктатура монополий, для монополий, получившая огромную, неподконтрольную обществу власть, но осущест­вляемую по форме от имени фашистской партии и ее вождя.

Естественно, что приход нацистов к власти связан не только с поддержкой крупного капитала. Благодаря социальной демагогии, разнузданной психопропаганде реванша и игре на униженных национальных чувствах народа, фашисты сумели обеспечить себе широкую социальную поддержку, в первую очередь в мелкобуржуазной среде, настроенной антикоммунистически и антисемитски. Они сумели сыграть на чувствах нации и разжечь ее низменные животные инстинкты. Но решающим фактором, сделавшим гитлеровскую партию правящей, было прямое вмешательство в ее судьбу элиты германского бизнеса.

19 ноября 1932 года группа видных монополистов обратилась к президенту Гинденбургу с меморандумом, в котором содержалась просьба (звучавшая как приказ) призвать Гитлера к власти. Его подписали хозяева немецкой металлургии, угольной, химической, машиностроительной и судостроительной промышленности, финансовые магнаты – представители более 160 крупнейших компаний.

Не осталась в стороне и военщина, также настроенная крайне милитаристски и антисемитски. Сговор командования рейхсвера с гитлеровцами был одной из важнейших предпосылок установления фашистского режима. «Господа генералы, господа офицеры, – провозгласил Гитлер на съезде партии 1933 года, – тем, что я стою здесь, я обязан вам».

29 января 1933 года, уходя в отставку с поста рейхсканцлера, генерал Шлейхер посоветовал Гинденбургу, который сам был крупным военным деятелем и испытывал глубокую антипатию к евреям, поручить формирование нового правительства национал-социалистской партии, рассматривая такой шаг как наиболее «благоприятную возможность» для Германии. Президент, старый аристократ, преодолевая огромную личную неприязнь к «выскочке» Гитлеру, не мог ослушаться реальных хозяев Германии и в тот же день поручил ему сформировать новое правительство. Так, 30 января фашистская партия овладела государственной властью. В одной из самых культурных стран мира установилась террористическая диктатура наиболее реакционных, шовинистических, агрессивных кругов финансового капитала.

Следует отметить, что после прихода Гитлера к власти поток финансовой поддержки в его пользу возрос. В июне 1933 года был учрежден «Фонд Адольфа Гитлера из пожертвований германской экономики». Все ведущие промышленники Германии систематически перечисляли средства на текущий счет этого фонда, председателем попечительского совета которого стал Крупп, лично внесший за предвоенные годы 12 млн. марок. Всего за время фашистской диктатуры через фонд Гитлера нацистская партия получила около 700 млн. марок.

Тесное сотрудничество гитлеровцев с монополиями проявлялось в том, что важные государственные посты, особенно в области экономики, были предоставлены руководи­телям крупных концернов и только «истинным арийцам». В августе 1934 года Шахт, глава Рейхсбанка, занял пост министра экономики, превратившись фактически в финансово-экономического диктатора Германии. Тиссен и Рейнхард стали финансовыми советни­ками в Пруссии и управляли районами, в которых находились их предприятия. Гитлеров­ское правительство создало целую систему подчинения монополистам всей экономики страны. 15 июля 1933 года был учрежден генеральный совет хозяйства, в котором заправляли Крупп, Тиссен, Фиглер, Сименс, Шредер, Рейнхард и другие. Этот орган с полным основанием можно было назвать действительным правительством Германии.

Таким образом, представители ведущих концернов овладели хозяйственным и фи­нансово-политическим аппаратом фашистской Германии, подчинив себе всю обществен­но-экономическую жизнь страны. А 30 января 1933 года можно с уверенностью наз­вать самым «черным» днем в истории великой страны и ее народа.