В эфире очередной выпуск «Котопанорамы», а в студии её постоянный ведущий, кот Винсент. Здравствуйте! Главной премьерой минувшей недели стала трилогия «Здесь вам не прачечная!», снятая в творческом содружестве сразу тремя выдающимися режиссёрами «Исравуда»: Юли Тамир, Аркадием Гайдамаком и Эхудом Ольмертом. Творческое объединение сразу трёх по своему незаурядных режиссёров – вещь сама по себе достаточно неординарная. Эстеты могут, конечно, припомнить «Три шага в бреду», в котором гармонично слились таланты Роже Вадима, Клода Мале и Федерико Феллини, однако плагиатом здесь и не пахнет – ничего общего, кроме бреда, новый фильм с тем, старым, не имеет:

Глава совета партии [«Кадима»] Меир Ницан обвинил премьер-министра Ольмерта в затягивании процедуры подготовки к досрочным выборам… В свою очередь, Эхуд Ольмерт не торопится с шагами, направленными на реализацию этого решения. «Я советую всем прекратить паниковать и вибрировать», - заявил он.

Ну что ты дрожишь? Успокойся! («Сыщик»)

Этой многоплановой, запоминающейся репликой, обращенной к своей партнёрше по фильму, Ципи Ливни, Ольмерт как бы ставит на место и её, и всех других претендентов на трон, и заклятых друзей из «Аводы», а также всё общественное мнение Израиля. Впрочем, что это мнение о нём думает, Ольмерта не интересовало никогда. Вообще все критики отмечают самодостаточность этого незаурядного автора, плюющего одновременно на всех своих оппонентов:

Депутат от партии «Кадима» Марина Солодкина представила законодательную инициативу, в соответствии с которой члены правительства, в отношении которых возбуждены 3 и более разбирательств, должны будут оставить свой пост, по меньшей мере, на пол года.

Меньше нельзя... («Дело было в Пенькове»)

Сложные отношения героя с женщинами – это, наверное, творческий рефрен в адрес другого израильского политика, оставившего сцену по сходной причине. Однако у Ольмерта, в отличие от Кацава, конфликты полов происходят исключительно на партийной почве, что несколько снижает накал противостояния. Хотя до нравственного краха и глубокого раскаяния героя ещё очень и очень далеко, по ходу действия становится ясным нравственный посыл режиссёра:

Эхуд Ольмерт будет вынужден подать в отставку с поста премьер-министра, если вновь избранный председатель партии сможет сформировать альтернативное правительство. Об этом в один голос заявляют все министры и депутаты от фракции Кадимы, в том числе и сходящие в лагерь сторонников Ольмерта.

Совершите, пожалуйста, ещё одно чудо. Вознеситесь на небо! («Праздник Святого Йоргена»)

Замечательная киноновелла для нас ценна особенно тем, что обещает стать одной из завершающих на сильно затянувшемся творческом пути Эхуда Ольмерта. Хочется верить – хотя это и грешит излишним оптимизмом, - что скоро на смену Ольмерту придут другие режиссёры, а его наследие станет предметом тщательного изучения со стороны искусствоведов и прокуроров.

Уже обрили! («Джентльмены удачи»)

На съёмочной площадке

Завершились съёмки третьей серии многосерийного детектива «Допрос в канцелярии господина премьер-министра»:

Газета «Гаарец», цитируя высокопоставленного сотрудника полиции, пишет, что прокуратура давно уже бы выписала ордер на арест Ольмерта, не будь тот главой израильского правительства.

Если Ольмерта общественное мнение не волнует совершенно, оно всегда интересовало героя второй новеллы, Аркадия Гайдамака, который только рвётся в политическую элиту, и на минувшей неделе начал «осваивать» академический сектор. И, как мы смогли убедиться, лиха беда начало, ибо традиции дискуссии академической элиты Гайдамак освоил достаточно быстро и грамотно:

Посещение бизнесменом-политиком Тель-авивского университета, где открылась ячейка его партии, закончилось скандалом. Один из учащихся «докопался» до Гайдамака, требуя рассказать, как он продавал ангольцам оружие. «Русский» олигарх, видимо устав от расспросов, прямым текстом послал студента к «такой–то матери».

Выучили вас на свою голову! Облысели все! («Иван Васильевич меняет профессию»)

В принципе, это история о том, как главный герой, весь в белом, приезжает в захолустье, чтобы насладиться плодами заслуженного триумфа. И вдруг там, в провинции, находится кто-нибудь, кто не побоится сказать герою в лицо то, что и так всем хорошо известно, но в эмпиреях, где обитает приезжий герой, об этом как-то не принято упоминать. Тот, разумеется, срывается, однако вскоре начинает понимать, что допустил ошибку, и пытается её исправить:

Гайдамак разъяснил…, что студент задал интересный вопрос, но не дал ему ответить, так как вел «дискуссию сам с собой». По словам миллиардера, он не считает, что студента кто-то натравил, просто учащийся вуза хотел немного «поманипулировать ситуацией, не зная ничего об истории Анголы», но выкрикивая свою «версию» тамошних событий.

Выпьем за великого Альвеца, некоронованного короля Анголы! («Пятнадцатилетний капитан»)

Поняв, что впечатление о себе он испортил окончательно, герой Гайдамака пускается во все тяжкие, и, пытаясь изо всех сил понравиться тем, кто завтра растрезвонит слова на весь мир, начиная строить далеко идущие, совершенно фантастические планы, сравнимые разве что с грандиозным «Проектом Осло»:

Аркадий Гайдамак, выступая… в рамках Недели политической активности, сказал, что «ХАМАС сегодня представляет собой власть в ПА, значит с ним нужно вести переговоры». «Продолжение конфликта – это плохо для всех, а значит нужно вести переговоры», - подчеркнул он.

Я пойду к ним, побеседуем… («Калина красная»)

В общем, «Сталин неожиданно предложил тост за фюрера: “Я знаю, как сильно германская нация любит своего вождя, и поэтому мне хочется выпить за его здоровье! ”» Возможно, финал новеллы можно было бы дополнить документальными кадрами хроники 22 июня 1941 года, но это уже моё собственное видение главной мысли, выраженной в фильме Гайдамака. А вообще, и так не плохо получилось!

Выписать ей пирамидону! 500 грамм! («Живёт такой парень»)

Такое вот кино

Яркие цвета и резкие выражения – вот что отличает творчество режиссёра Аркадия Гайдамака, основателя партии «Социальная справедливость». В своём творчестве он всегда следует исключительно радикальным путём:

В Кирьят-Бялике в ряды партии «Социальная справедливость» вступили 3000 человек. «Авода» требует проверить списки членов партии Гайдамака, утверждая, что в них много «двойников».

Ну и, как и положено, истинным «гвоздём программы» стала завершающая новелла трилогии – «Здесь вам не прачечная!». Сюжет драмы разворачивается на заседании Комиссии Кнессета по образованию, на котором главная героиня (она же министр просвещения) рассказывает собравшимся, как она заставит учителей работать на 10 часов в неделю больше, а учеников начальных классов усадит за парты на 8 часов в день. То есть, гонит нормальную пургу, ну, разве что расцвеченную в голубые и розовые тона:

Тамир рассказывала о небывалых успехах реформы и клеймила отдельных недовольных. Отдельные недовольные рассказывали, что они не такие уж отдельные, и ругали реформу. Ронит Тирош («Кадима») сказала, что ей непонятно, как можно говорить о том, что условия труда учителей улучшились, если их почасовая зарплата упала.

Вот теперь вы созрели для того, чтобы зарабатывать деньги честным трудом! («12 стульев»)

Иными словами – раут в дворянском собрании, две светские дамы обмениваются изящными колкостями… И вдруг – «Я слово смелое сказал; Смутились гости молодые…» Молодым гостям, если бы они действительно были бы допущены туда, где обсуждалось их светлое будущее, было бы от чего смутиться. Но их предусмотрительно не допустили, и правильно сделали, поскольку такую «Педагогическую поэму» им лучше не видеть:

«Я разгребаю грязь и дерьмо, которое вы оставили мне», - заявила Юли Тамир в ходе заседания комиссии кнессета по образованию. У Ронит Тирош своя версия конфликта. «Она просто обозвала меня куском дерьма», - сообщила Тирош.

А без рамочек я другие выражения говорю, шофёрские. («Дело Румянцева»)

Накал дискусси призван оттенить нам то, что обсуждаются наиважнейшие вещи, причём на самом высоком уровне. В связи с этим вспоминается ставший знаменитым советский анекдот: «Алло, это прачечная? – Х…ченая! Это Министерство Культуры!» Салон Анны Павловны Шерер ни такой экспрессии, ни такой лексики не слышал. А суть? Ну кого она за подобным взрывом страстей вообще волнует?

Решено с 40 с гаком снизить число учеников в классе до 32-х примерно. То есть – вместо 3-х классов по 40 получается 4 класса по 30. Замечательно!... Для обычной начальной школы это означает увеличение числа классов на 3-6 как минимум, если не больше. И где для них найдут место? Если кто не знает: проблема свободных комнат – одна из самых ужасных в начальной школе.

Уже втpоем, уже у нас потеpи, но жизнь - дуэль, чего же вы хотели («д’Артаньян и три мушкетера »)

Пока две начальственные дамы выясняют, кто из них «кусок дерьма», зрители понемногу начинают приходить к единственно закономерному выводу: обе. Одна – потому, что довела до подобного состояния (Ронит Тирош была генеральным директором Минпроса при предыдущем министре, Лимор Ливнат), другая – поскольку углубила, расширила, и продолжает углублять эту «выгребную яму». Зрителям фильма надолго запомнится финальный, почти феллиниевский кадр картины: камера удаляется из зала, в котором сцепились две дамы и рвут друг у друга из причёски страусиные перья…

Товарищ буфетчица, загоните, пожалуйста, зверей в клетки! («Полосатый рейс»)

Скрытой камерой

Введение в школах курса хороших манер ещё только планируется, а за право снять учебный фильм по данному предмету уже развернулась острая конкурентная борьба между профессором Юли Тамир и Ронит Тирош, доходящая до оскорблений и скандалов:

Тамир извинилась за непарламентские выражения, но добавила: «Недопустимо, чтобы Тирош, нанесшая серьезный вред израильскому образованию, сейчас тормозила попытки восстановить систему».

До свидания, вёл передачу кот Винсент.