Одной из мантр современной либеральной мысли является отрицание принципа коллективной ответственности. На первый взгляд, вполне оправданный подход. Едва ли все поголовно армяне должны отвечать за поведение бомбилы Багдасаряна, попытавшегося изнасиловать в рот пассажирку, близорукие люди не причастны к преступлениям очкарика Гиммлера, далеко не каждый вегетарианец — Гитлер, и отнюдь не все Николаи Ивановичи в 1937 году имели звание генерального комиссара госбезопасности (Вавилов и Бухарин точно не имели).

Что общего во всех этих примерах? Группа, к которой принадлежит человек, отличившийся в ту или иную сторону, не имела никакой возможности повлиять на его поведение и не уполномачивала действовать тем или иным образом. Поэтому ей не причитаются ни наград за его достижения, ни звездюлей за его косяки.

Но когда речь идёт о человеке, избранном на высокий пост всенародным свободным волеизъявлением, тут уже совсем другой коленкор. Свобода неотделима от ответственности за свои поступки. Если народ даст властные полномочия человеку, абсолютно безграмотному в вопросах экономики, то последствия спровоцированного им кризиса будут расхлёбывать самостоятельно. И ни у кого не возникнет вопроса, почему, мол, без гроша остался Сидоров (Смит, Мюллер, Рабинович), если ошибочное экономическое решение принял не он, а верховный правитель Петров (Бейкер, Шульц, Кац), избранный демократическим путём из нескольких альтернативных кандидатов. В таких случаях говорят: "За что боролись, на то и напоролись". И это касается не только решений в области экономики. Даже если Сидоров и проч. голосовали против Петрова или его иностранных аналогов. За ошибки лидера расплачивается вся нация, и потерпевший Сидоров проходит по статье неизбежного, в силу закона больших чисел, collateral damage.
Надо ли уважать свободный выбор большинства нации, даже если он ошибочен? Несомненно. И англо-американцы проявили глубокое уважение к волеизъявлению немецкого народа за 1933 год в ночь с 13 на 14 февраля 1945 года (и не только), дав возможность насладиться последствиями политики лидера, которого народ привёл к власти на свободных демократических выборах за 12 лет о того. И побудили тем самым в дальнейшем более тщательно отбирать кандидатов на высшие государственные посты в условиях свободных выборов. Отнеслись к ним как к взрослым разумным людям, способными принимать на себя ответственность за собственные сознательные действия и делать должные выводы из их последствий.

А вот французы за Наполеона не отвечают: его никто никуда не выбирал. И советский народ, будь то русские или грузины, за Сталина — точно по той же причине. Выборы в Верховный Совет, правда, проводились, но Сталин баллотировался по одному-единственному округу, хотя претендовал на пост лидера всей нации. К тому же в бюллетенях отсутствовали альтернативные кандидаты, даже для проформы, так что никакого выбора не имело места быть.

Это всё — по сути, преамбула. Недаром этот пост помечен тэгом "Ближний Восток". Вот о нём-то и пойдёт далее речь. Я не склонен считать арабов недочеловеками. Даже склонность трахать овец связана не с их имманентной порочностью и извращённостью, а с условиями традиционного общества, отличающегося (у любых народов кроме, разве что, полинезийцев) жестокой и одновременно лицемерной половой моралью. Гони инстинкты в дверь, они влезут в окно... И процент слабоумных у них ничуть не выше, чем у любого другого народа. И вот эти самые арабы, проживающие в секторе Газы, подавляющим большинством голосов отдали власть организации ХАМАС. Выборы были исключительно честными, если бы применялся административный ресурс, ХАМАС получил бы дырку от бублика, власть-то принадлежала их оппонентам. Знали ли избиратели, что эта организация не готова к иному решению арабо-израильского конфликта, кроме уничтожения Государства Израиль? Да. ХАМАС этого ни разу не скрывал. Могли догадаться, что израильтяне не согласятся на такой исход и будут оказывать этому сопротивление, причём не только словесное? Несомненно. Дать иной ответ на этот вопрос означало бы признать арабов Untermensch'ами, неспособными к логическому мышлению, кем они ни разу не являются.

Должен ли Израиль учитывать гуманитарный аспект в процессе сопротивления собственному уничтожению? В определённой мере, не допуская геноцида (то есть, убийства всех палестинцев подряд только за самый факт их принадлежности к палестинскому народу) и мародёрства. Но озабочиваться тем, что в результате израильских действий палестинцы терпят утеснения, а то и погибают, причём не только боевики? Увольте: ребята знали, на что они идут. Выбор ХАМАСа означал выбор войны, а на войне, случается, что и убивают. И не только комбатантов: едва ли при штурме Берлина на тот свет отправлялись исключительно солдаты и офицеры РККА, вермахта и войск СС. Что-то мне подсказывает, что и обыватели немецкой столицы гибли без счёта. Но геноцидом это не было. Поскольку геноцид — это комплекс сознательных действий, а ни Жуков, ни сам Сталин не ставили целью оставить Берлин без населения.

Ах, да, ещё одна мантра: "страдают и гибнут женщины и дети". Начнём с женщин: они имеют права голоса в палестинской автономии, так что в победе ХАМАСа есть и их лепта. С детьми сложнее. Кто является первоочередным ответственным за благополучие и безопасность палестинских детей? Израильское правительство? Нет, их родители, люди, достаточно зрелые для того, чтобы вступить в брак и обзавестись потомством. И если они не подумали о своих детях, опуская бюллетени в урны, то Ольмерт или любой другой израильский премьер не только не обязан думать за них, но и не имеет права: это означало бы лишить палестинцев права на демократический выбор.

Но от ответственности за собственный выбор свободны лишь дети (и то, их и выпороть могут, если выяснится, что они выбрали пиво и сигареты вместо учебников), невменяемые и животные. Арабские избиратели не являются ни тем, ни другим, ни третьим. А раз так, то должны без писка переносить последствия своего выбора и благодарить аллаха за то, что командующим ВВС Израиля является генерал-майор Шкеди, а не маршал авиации Артур Харрис.

Источник – «Живой журнал» steissd