Кандидат в президенты России, политик, переживший новое «смутное время» и двадцать лет развлекавший электорат, умный и энергичный придворный шут, делец, сумевший и себе и приближенным капитал составить, участник многих международных скандалов – Владимир Вольфович, похоже «выходит в тираж». В запас, в отставку, на переподготовку – как там, у служивых на благо отечества принято?

В нынешней авторитарной схеме управления Россией, о необходимости и целесообразности которой далеко не худшие умы говорили еще на заре его политической карьеры и которая (схема) теперь реализована, увы, не ими – теми разумными либералами конца прошлого века, Жириновскому, парадоксальным образом,  не остается пространства. Вот он и нервничает, хамит  (и даже да дерется) более обычного…

Маленькое отступление. Владимир Путин, начавший свое правление с, казалось бы, необязательного воссоздания советского гимна, дал этим жестом зеленый, вернее, красный сигнал. А дальше – просто реализовал потенциал, накопленный коммунистами: на уровне власти –  расконсервировал, восстановил и модернизировал эшелонированную систему силовых структур; на уровне населения – разбудил,  задремавшую было - имперскую мечту как национальное мировоззрение. (Мы говорим Путин – подразумеваем «органы»).

Мечта, фантазия эта, «русская идея третьего Рима», если угодно, коммунистами была только транслирована из «проклятого самодержавного прошлого» в двадцатый век, и там декорирована цветами интернационализма и мировой революции под руководством социалистической сверхдержавы. Потом осталась только сверхдержава без внятной идеологии, а затем и она развалилась, надорвавшись физически и нравственно.

Так что президенту новой России, избавленному волей конъюнктуры от проблем экономики, ужасных проблем его ближайших предшественников, оставалось спокойно плыть по течению и ветру, молясь о только погоде. Он, однако,  в силу своих личных способностей и понятий, еще и энергично заработал веслами. «Как раб на галерах» - не раз сам Путин обозначал так свой труд в качестве первого лица страны.  Хотя, на самом деле, это – большой философский вопрос: надо ли настегивать лошадь (или крутить педали, жать на газ), если едешь под гору. Ведь легкая, удобная дорога  - не навсегда. И не лучше ли в этот момент перевести дух и оглядеться по сторонам, туда ли правишь? Риторические вопросы.

Но вернемся к Жириновскому. Среди шелухи и наигранной истерики его многочисленных монологов не в первый раз мы слышим горькие и искренние слова о судьбе России. Звучат они примерно так: в душе я действительно, а не по названию, либерал-демократ, но страна моя не созрела, и в обозримое время не созреет ни для либерализма, ни для демократии. Более того, свернув на этот путь, она распадется – на горе населяющим ее народам, и сделает это с всемирным треском. Путь России (еще не пройденный ею и до половины) – быть империей, разделять ближних и дальних, властвовать над ними, оставаться великой и устрашающей силой на планете. Альтернатива этому – еще более чувствительные, чем при тоталитаризме, потери, и, прежде всего, потеря самоидентификации. (Примерно, повторяю, так - насколько можно выловить из сумбура его аргументов.)

Взгляд, однако,  не новый. Читаем Карамзина: «Еще рано (реформировать строй), сначала просветимся». Порядочный человек, патриот и влиятельный историк этими словами 200 лет назад  подтолкнул Александра I избавиться от реформатора Сперанского. Аракчеев, которого Карамзин презирал, торжествовал. При этом сам Карамзин не был ни мракобесом, ни ретроградом. Ни, тем более - общественником-скандалистом. По свидетельству современников, он был образцом бесконфликтности и благорасположения, толерантным, как теперь бы сказали, человеком. И умел без пафоса говорить неприятную правду и царям, и декабристам.

Карамзин «просто» хорошо знал и по-своему понимал  историю, наблюдал Французскую революцию и ее плоды,  а потому хотел для России «просвещенного самодержавия» - сейчас и либерального будущего  - потом. Когда-нибудь.

Однако сама  же история государства российского подсказывает, что откладывать преобразования  можно только от бунта до бунта. И плавное развитие в условиях единовластия – фантом и утопия. Простите – диалектика.

Владимир Вольфович – не Карамзин. В спорах он любит передергивать, подтасовывать и шельмовать. Но его идея о желательности и несвоевременности свободы, особенно свободы в условиях огромной и неоднородной страны – понятна. Хотя, свобода всегда и всюду неудобна чиновникам и несвоевременна для тех, кто наверху. Душить ее ради своего действительного (мнимого?) удобства или нет  - «вот в чем вопрос»!...

Аккурат в канун перестройки в СССР издали блистательные сочинения Натана Эйдельмана. Была среди них и книга о Карамзине – «Последний летописец». Мудрая книга, как и ее герой, всей своей жизнью пытавшийся смягчать нравы и примирять непримиримое. И  не из той ли популярной  ли книги (1983) почерпнул молодой поклонник, а может - и сотрудник, «охранительных органов» свои убеждения. Тогда ее читали все образованные люди. Нет сомнения, что читал и Жириновский.

Был в ней в этой книге и эпиграф Пушкина – о «простодушии» историка.  Мы знаем и помним эпиграмму поэта, посвященную Карамзину:

«В его «Истории» изящность, простота

Доказывают нам, без всякого пристрастья,

Необходимость самовластья

И прелести кнута»…

Прошло 200 лет. Россия (о технологии не говорим) там же: все та же двойственность сознания, тотальная коррупция, пренебрежение законами и интересами личности. Все то же недоверчивое «безмолвие народа» перед лицом власти, скрытое почитание иностранного и открытая ксенофобия. Все тот же взгляд на собственную историю - историю государей, а не общества; и надежда на «особый путь».

Что ж. В действительно великом  труде Карамзина вполне возможно найти простые ответы на сложные вопросы – что еще надо популисту?

Но, что все-таки на душе и за душой  у Жириновского, мы едва ли когда-нибудь поймем – уж больно много всякой фанаберии и политического расчета в его словах и делах. И уж конечно – никакого простодушия.

Справка (из Интернета)

Владимир Вольфович Жириновский родился 25 апреля 1946 года в Алма-Ате. Окончил с отличием Институт восточных языков при Московском государственном университете по специальности "Турция и турецкий язык" в 1970 году, вечернее отделение юридического факультете МГУ по специальности "юрист" в 1977 году.

В 1969 - 1970 годах проходил стажировку в Гостелерадио и Госкомитете по внешним экономическим связям СССР. Потом два года служил в Вооруженных Силах в войсках Закавказского военного округа. С 1972 по 1975 годы работал в секторе Западной Европы международного отдела Советского комитета защиты мира, далее в деканате по работе с иностранными учащимися Высшей школы профсоюзного движения.

В 1988 году, когда Жириновский стал активно участвовать в собраниях различных общественных организаций и групп. Весной 1988 года участвовал в семинарах "Мир и права человека", которые проходили в Советском комитете защиты мира. Именно тогда он обратил на себя внимание как оратор. После этого стал часто появляться на политических собраниях неформальных групп.

Вскоре Жириновский выступил с идеей создания Социал-демократической партии и написал проект программы партии. Эту программу, объемом в одну машинописную страницу, он распространял среди активистов московских неформальных групп, в том числе Свободного межпрофессионального объединения трудящихся и клуба "Демократическая перестройка".

Во второй половине 1988 года Жириновский участвовал в создании легального еврейского национального движения, выступал на учредительной конференции советского общества еврейской культуры "Шолом".

Весной 1989 года вместе с Владимиром Богачевым Жириновский создал инициативную группу Либерально-демократической партии (ЛДП). Программой ЛДП стал короткий проект программы Социал-демократической партии. В 1991 году Жириновский зарегистрировал Либерально-демократическую партию Советского Союза. С распадом Союза ЛДП изменила свой статус на российский и приобрела название ЛДПР. В том же году Жириновский поддержал ГКЧП, выступил против Беловежских соглашений.

Далее, совершив рекордный для начинающего политика взлет, он занял третье место на выборах президента России. Набрав почти 8 процентов голосов, он пропустил вперед только Ельцина и Рыжкова. Жириновский единственный, кто участвовал в четырех президентских выборах в России. Он пропустил выборы 2004 года, где партию представлял его бывший охранник - боксер Малышкин.

Политическая деятельность Жириновского характеризуется крайне яркими и часто вызывающими скандальными высказываниями, обычно он не стесняется в выражениях. Многие из его выступлений - националистического и антиамериканского толка. Известны и его популистские проекты вроде выхода Россией к Индийскому океану, легализации многоженства в России и ряд других. С именем Жириновского связан ряд публичных скандалов и потасовок (особенно в 1994 - 1995 годы), прибавивших ему известности среди избирателей. Аналитики часто расценивают голосование за Жириновского как проявление так называемого протестного электората.

Жириновский имеет степень доктора философских наук - диссертацию на соискание ученой степени по теме "Прошлое, настоящее и будущее русской нации" он защитил 24 апреля 1998 года. Кроме того, он автор многочисленных публикаций в прессе. В июне 2001 года Владимир Жириновский представил журналистам полное собрание своих сочинений в 55 томах.

Жириновский владеет английским, французским, немецким и турецким языками. Он женат, имеет сына и двух внуков.