Как и обычно в субботу меня ждет радостная минутка: я открываю в «Вестях» рубрику Дова Конторера «Ultima Thule » и читаю его последнюю статью. Давно уже с большим интересом слежу за его работами (рука разбежалась и чуть не написала за его творчеством), и не было случая, чтобы Дов разочаровал. Именно тем и отличается журналист-профессионал от любителя, что каждая его статья точно вписывается в эпицентр событий, а в каждой отдельной статье он стремится не только к решению конкретных политических задач, но и к идеальному решению всей проблемы в целом.

В принципе, вполне допускаю, что комментируемые им политические события другой аналитик будет интерпретировать по-другому, а третий вообще не придаст им значение, однако запоминается и срабатывает почему-то именно стройная версия Дова Конторера.

Скажем, пишет он о докладе разведслужбы США, наделавшем столько шума. Он не просто дает информацию и комментирует ее, а связывает злополучный доклад со многими важными или малозаметными сопутствующими событиями и фактами. Тем самым журналист создает крепкую сеть, в которую ловит весь косяк событий в целом.

Чтобы закончить с длинным вступлением, добавим, что в идеале в любой статье мы должны увидеть не отдельную деталь, событие или факт, вырванный из контекста, а общую концепцию, где каждый элемент находит себе место в общей картине, где каждая деталь служит определенной цели.

Те же самые высокие критерии автор постарается предъявлять к себе и сделает попытку раскрыть в своем материале угаданный прием.

Пересуды на страницах газет

Мы говорим о недавно прошедшей забастовке учителей. Не будем разбирать весь ворох глупостей, несообразностей и нелепостей, который выплеснулся на страницы газет в последнее время в связи с незапланированными каникулами. Хотим лишь обратить внимание на уже упоминавшуюся особенность: журналисты выбирают из общего потока событий одну-единственную, самую яркую характерную деталь, и начинают гвоздить ею направо и налево. Чаще всего по мордасам невиновным.

За примерами и нагибаться не стоит: они разбросаны повсюду.

Получили, к примеру, израильские школьники в последних международных соревнованиях низкий рейтинг, опустившись на несколько ступенек по сравнению с прошлым годом – негодующие статьи, едко комментирующие вопиющий факт, показатель гибельности тупика, куда забралась школа. Не статьи, а острые стрелы, нацеленные прямо в сердце несчастного израильского шкраба (школьного работника). Лишнее свидетельство перезревшей реформы.

Прошли внутренние проверки уровня знаний учеников средних классов Израиля, и проверка дала показатели отвратительные, как и следовало ожидать, впрочем, если не сказать хуже. И снова град статей, в которых грозные обвинения и осуждения, перемежаются насмешками. А уж за аргументами дело не станет, хотя аргументы те же самые.

 Выявили среди израильских учащихся самый высокий показатель ненависти к школе – а чего еще ожидать от такой школы! Вновь все та же песенка о непрофессионализме учителей и мифической реформе.

Сравнили зарплаты среднего учителя и рядового инженера, работающего на производстве – и поразились. Зарплата-то учителя ничуть не ниже. Так почему учителю можно бороться за свои права, а инженеру – нельзя.

Бегло взглянули на результаты многодневной забастовки – ничего дельного не увидели. И снова завели прежнюю пластинку: израильской школе жизненно необходима реформа, как можно жить без революционных изменений?

В скобках замечу. Не наводят ли вас кликушеские призывы к реформе к знакомым всем историческим аналогиям.

«Карфанен должен быть разрушен!» - обычно заканчивал все свои речи известный римский оратор. По всей вероятности, так до смерти всем надоел, что послушались упрямца, стерли с лица земли злополучный Карфаген. И что же вы думаете? Наступила наконец золотая пора, когда можно было не говорить о Карфагене? Нет, конечно, только теперь-то и начались подлинные проблемы, но не с Карфагенон, а с оставшимися в живых карфагенянами.

«Раздавите гадину!» - долгие годы убеждал французов просветитель и бунтарь Вольтер, имея в виду церковь. До самой смерти мутил воду и писал памфлеты. Церковь, естественно, он не раздавил. Но, может быть, проблему не так ставил? Почему бы ему сначала с верующими не разобраться, священников не послушать?   

«Даешь реформу школы!» - не первый год стонет израильская пресса. Предлагаю лучше вспомнить исторические примеры и понять, что вот так, в лоб, вопрос не решится. Не лучше ли вместо этого отбросить шаблонные представления о махровых бюрократах в министерстве образования, скупых чиновниках в министерстве финансов, упрямых учителях, не заботящихся о благе страны, а взглянуть на всю картину в целом и разобраться, спокойно оценить обстановку и только тогда подумать об изменениях в образовании.

Разговоры в учительской

Вот наконец канула в прошлое забастовка, которая по праву по своей длительности и бессмысленности войдет в книгу рекордов Гиннеса. И как всегда на перемене собрался народ в учительской. Конечно, я-то ожидал в первую очередь бурного и страстного обсуждения, яростных дискуссий о результатах забастовки, столкновения противоположных мнених и борьбы аргументов.

 То была надежда напрасная. Меня поразила отстраненность, обыденность и полное спокойствие. Штиль. Никто не спорил, не перебивал другого, не горячился, не переживал. Школа приняла забастовку как очередное неизбежное явление природы: не то дождик, не то хамсин, не то порывистый ветер.

 Кто-то неуверенным тоном попытался подвести неутешительный итог:

- Ну почему ничего, восемь с половиной процентов добавки выбили все же.

А наш профсоюзный деятель Рони, принимавший самое горячее участие в процессе, был несколько удивлен, когда я все же отвлек его от срочных бумаг.

    - Ну, конечно результат хороший, - сказал он. Есть большие достижения, и есть маленькие упущения, но в целом пока еще не все ясно с результатами.

Вот вам и итоги двухмесячной напряженной борьбы, яростных выступлений, демонстраций протеста, угроз – итог ее так и остался неясным...