В Израиле давно уже событием являются не дела, а слова. Чье-то неосторожное высказывание на неделю, а то и больше привлекает внимание всей прессы, скандал вокруг чьих-то слов приобретает характер всеизраильского землетрясения. Когда профессор Бар-Иланского университета Гилель Вайс сравнил командующего войсками, расположенными в Иудее и Самарии, с нацистами (в связи с силовым выселением солдатами двух еврейских семей, занявших дома в Хевроне), шум поднялся неимоверный. Прогрессивная общественность требовала предать его суду. При этом никому и в голову не пришло привлечь к суду людей, забрасывавших солдат камнями, поливавших их маслом и оказывавших сопротивление, приведшее к ранениям 27 человек.

Слова казались важнее дел.

Вот и на этой неделе, за неимением более серьезных поводов для заголовков, указательный палец народного гнева был устремлен на рава Овадию Йосефа

...то у рава на языке

Рав Овадия Йосеф – фигура в израильском обществе уникальная. Прежде всего, он – духовный лидер партии ШАС. То есть, все депутаты, все министры от этой партии шагу не могут ступить без его руководящего указания. Что само по себе мало совместимо с демократическим характером еврейского государства, но зато очень хорошо совмещается с его еврейским характером. Ну, право же, о какой демократии может идти речь в таком случае. Конечно, хорошо, что в Израиле партия ШАС пока еще не правящая, точнее, не правящая единолично, а лишь в составе коалиции. Поэтому пока еще можно говорить, что демократия присутствует в Кнессете в большинстве. Но не исключено, что лет через двадцать именно духовный лидер будет определять политику государства. Не рав Овадия, так кто-нибудь другой. И Израиль вполне демократическим путем превратится в еврейский вариант исламской республики Иран, где аятолла Хомейни по государственной табели о рангах был выше, чем президент.

Престарелый рав Овадия считается непререкаемым авторитетом в области Галахи. Мои религиозные друзья, которые доки по части всяких многомудрых толкований темных мест ТАНАХа и талмудов, говорили мне, что рав Овадия, действительно, крупный ученый в этой области, и его книги по «тороведению» считаются чуть ли не классикой. Охотно им верю.

Но проблема рава, а точнее, проблема с равом начинается там, где Овадия берется комментировать события нашей мирской и грешной жизни. И тогда он сразу дает пищу для издевок, пародий и всплесков негодования. Причем, диапазон его высказываний необычно широк. От забавных до шокирующих. Ну, например, несколько лет назад издал рав Овадия галахическое постановление, что мужчина, идущий меж двух женщин, уподобляется ослу. Тут уж шутники оторвались по полной программе.

Но в минувшую пятницу народу было уже не до смеха. В своей еженедельной «проповеди», а точнее, толковании недельной главы Торы, рав Овадия перешел к обобщениям из светской жизни и объявил, что те солдаты, которые погибли в ходе прошлогодней Второй Ливанской войны, в сущности, сами виноваты в своей гибели, ибо не соблюдали шабат и нарушали всякие другие ритуальные предписания иудаизма. Вот если бы они исправно молились, то бог защитил бы их, и все пули и снаряды пролетели мимо.

Конечно, это покруче, чем высказывание профессора Вайса. Тут уж возмутились все семьи павших наших солдат, среди которых, кстати, было немало воинов, носящих кипу и соблюдающих религиозные предписания. А ехидные критики рава тут же предложили ему мобилизовать свою паству в армию, ибо тогда нам гарантирована победа в любом бою. Ведь, по версии рава Овадии, они будут защищены (хотел написать – заколдованы) от пули, штыка и снаряда невидимым божественным покровительством.

На самом деле, нам давно уже объяснили адепты рава Овидии Йосефа, что рав говорит аллегориями, даже когда высказывается прямо и однозначно. Мол, и в этот раз фразы рава были вырваны из контекста, поскольку он в своей речи толковал Гемару, и речь шла о сражениях далекого прошлого, когда Бог еще защищал правоверных солдат. И вообще, нам, простым смертным, не понять высокий полет мысли мудрого старца. Так что нечего нам возмущаться.

А я, между прочим, и не возмущаюсь. Ведь мы с равом Овадией живем в разных мирах. И я готов защищать его свободу слова, лишь бы он не покушался на мою.

Грустная годовщина

Вчера, 28 августа, израильскому солдату Гиладу Шалиту исполнился 21 год. Второй год мы отмечаем этот день без него. Он в плену где-то в Газе. Чем больше времени проходит со дня его захвата, чем дольше он в плену, тем больше опасение за его жизнь. Сколько раз за это время наши власти «сливали» в прессу информацию, что, дескать, вопрос о его освобождении уже практически решен, и вот в ближайшее воскресенье он будет дома. Проходило ближайшее воскресенье, и еще одно воскресенье... Потом начали измерять время до свободы неделями: «Как стало известно из компетентного источника, Гилада Шалита освободят в ближайшие две недели». Увы, компетентным источником на самом деле был собственный палец автора. Потом даты освобождения Гилада начали приурочивать к еврейским праздникам. Сначала говорили, что освободят к Рош а-Шана, потом перед Песахом обещали, что он вернется к пасхальному седеру... Врали.

Мне страшно думать, но у меня такое чувство, что Гилад Шалит сейчас унаследовал статус Рона Арада. Вот уже почти 20 лет израильская пресса и идеология «паразитирует» на имени Рона Арада. У нас была возможность его освободить в первые дни, недели и месяцы после его пленения. Тогда мы торговались, разыгрывали хитроумные политические комбинации, шантажировали, думали, что переиграем захвативших его бандитов. В результате опозорились. Но зато сколько пафоса было все эти годы! Израиль своих солдат не оставляет в беде! Наклейки на машины «Рон Арад – ле-хофеш нолад» - «Рон Арад рожден для свободы». Как будто наклейки могли как-то воздействовать на тюремщиков Арада! Время от времени в газетах появлялись пространные статьи и всякие домыслы о судьбе сбитого штурмана. Устраивались митинги и концерты в его честь. Делалось все, кроме того, что надо было делать для его освобождения. А надо было просто вступить в прямые переговоры с захватчиками. Но ведь у нас принцип – мы с террористами не разговариваем! Не разговариваем, так поставьте крест на судьбе Арада и не устраивайте вокруг его имени пропагандистский балаган.

Сейчас история повторяется: много символики, много пафоса, мало дела. Родные Гилада и двух других наших воинов, захваченных «Хизбаллой», уже больше года живут в метаниях от отчаяния к надежде и опять к отчаянию. Я вижу машины с флажками с изображениями трех наших ребят. Кому это надо? Нам? Чтобы успокоить нашу совесть: мол, мы о вас помним, мы вас не забыли?

Ольмерт с Перецом начали войну, чтобы вернуть двух похищенных «Хизбаллой» солдат. Через три недели после ее начала, положив уже почти сотню наших граждан, Ольмерт с присущим ему пафосом народного трибуна вещал: «Мы не прекратим воевать, пока наши парни не будут нам возвращены!» Позже он с детской непосредственностью признался, что, уже говоря это, знал, что эта цель войны не будет достигнута. Зато теперь он при каждом удобном и неудобном случае рассказывает о титанических усилиях по возвращению наших солдат. В день рождения Гилада Шалита газеты поместили пространные статьи о нем с многочисленными фотографиями из семейного альбома – от колыбели до последних армейских фотографий. Для газет эта дата тоже «информационный повод» для сентиментальной истории, которые так любят обыватели. На площади Рабина в Тель-Авиве будет устроены... хотел написать «торжества», но какое, к черту, это торжество... акции, посвященные дню рождения Гилада.

Я все-таки верю, что история трех наших похищенных солдат завершится иначе, чем история Рона Арада, которой, боюсь, так и не будет суждено завершиться.

Только не надо делать из этой драмы душещипательное многосерийное шоу. Пусть те, кому по долгу службы положено заниматься этим делом, выполнят свой долг достойно и успешно. А уж когда они вернутся живыми, мы их встретим тогда, как подобает – и плакатами, и флажками, и цветами...

В полушаге от пропасти

И, после столь грустных размышлений, на закуску, так сказать, политико-экономическая сенсация! Газета «Едиот ахронот» сообщила, что партия «Авода», старейшая и главнейшая в течение многих десятилетий партия (правда, под разными названиями), находится на краю финансовой пропасти. Попросту, в нескольких шагах от полного банкротства. Правда, один остроумец сказал, что финансовая пропасть – самая глубокая, в нее можно падать бесконечно долго. Но если верить информации газеты (которую генеральный секретарь партии Эйтан Кабель категорически отрицает), предприятие под названием «партия «Авода» может составить печальную компанию разорившейся строительной фирме «Хефциба» и торговой аукционной фирме «А-михраз шель а-медина».

Собственно, идейным банкротом партия «Авода» стала уже давно. Номинально считаясь социал-демократической партией и даже входя в Социалистический Интернационал, эта партия давно уже представляла крупную буржуазию и рабочую аристократию. Социальные лозунги пытался воскресить Амир Перец с помощью Шели Яхимович и Авишая Бравермана и даже сумел стать председателем партии на волне этих попыток создать хоть какой-то идеологический фундамент. Но вся «социальность» тут же растаяла в воинственной милитаристской риторике незадачливого партийного вождя, как только он дорвался до поста отнюдь не социального министра, а министра обороны. Все то кончилось бесславно для него и для партии. Нынешний председатель Эхуд Барак вообще не вспоминает о социалистических корнях «Аводы». Не генеральское это дело.

Но с идеологическим кризисом ни у одной партии проблем нет. Кому она нужна – идеология? Важны кресла и мандаты. А вот по финансовым долгам платить надо. А долгов у партии «Авода» накопилось ни много, ни мало – 130 миллионов шекелей. И партия – эта не та структура, которая играет на бирже и может внезапно разбогатеть. Чтобы платить по долгам, партия уже распродала значительную часть своего имущества: роскошное здание в центре Тель-Авива, на улице а-Яркон, типографию, в которой печаталась партийная пресса, до минимума сократила штат... Но все это, похоже, не спасет партию от банкротства. Неужели партия «Авода» уйдет в небытие? Верится в это с трудом. Скорее всего, партии предстоит долгая – многолетняя – агония.