И снова пятница, и снова вы на волне радиостанции «Рыжий кот». У микрофона наш постоянный ведущий Винсент. В эфире еженедельный выпуск программы «Глядя с дивана». Оставайтесь с нами! Мяу!..
Но сначала мы застрахуемся в «Эй-Ай-Джи», и не важно, есть ли у нас вообще «Форд-Фокус».
А теперь - переходим к обзору новостей за неделю.

   Тем, кто сетует на периферийность Израиля, следует получше изучить репертуар местных театров. Не успела на этой неделе порадовать нас своей премьерой комиссия Винограда, как и крупные, и мелкие партийно-творческие коллективы буквально взорвались от копившейся пол-года творческой энергии, обрушив на головы благодарных зрителей град... – нет, метеоритный дождь! – новых постановок сезона.

   Первой в жанре сольного вокала выступила наша дорогая Ципочка Ливни со своей посвященой Ольмерту песней «Ялла, лех hабайта...» («Эй, проваливай!..»). Пока, к сожалению, как отметила пресса, «звезда не родилась» - и слова были не до конца написаны, и хор соратников во-время не вступил, и мелодия под конец песни поменялась на «...а он прощения не попросил»... Но не будем преувеличивать - эта небольшая творческая неудача не должна ознаменовать собой закат жанра «серенькой политики»: без принципов, без взглядов, без слов и собственного кордебалета.

   Зато явно порадовал своей новизной парадоксальный, я бы сказал, творческий коллектив: Йоси Бейлин (МЕРЕЦ), Эфи Эйтам (МАФДАЛ) и популярный актёр второго плана Узи Даян. Взявшись, как и положено, крест-накрест за руки, они в присутствии 100 тысяч зрителей лихо отплясали на подмостках пощади Рабина «Танец маленьких политических лебедей», сорвав апплодисменты и дав заголовки газетам. Хотя аншлаг обещал быть большим, выразим надежду, что сезон только набирает силу и это далеко не последний концерт.

   Явно огорчило отсутствие в спектакле признанного лидера сезона Биби Нетаниягу, которому организаторы не позволили исполнить сольные 32 фуэте из «Дон Кихота», но эта премьера, по-видимому, ждёт нас в самом ближайшем будущем.

   На уровне мировых стандартов выступили также стендаписты: в своём выступлении Моше Шарони из «Партии пенсионеров», в частности, заявил следующее: «Правительство под руководством Ольмерта достигло целей, поставленных войне. Кампания была оправданной и победоносной: “Хизбалла” разбита и отброшена от наших границ». Я бы ещё добавил про крепкую броню и «танки наши быстры», но и без этого яркая тирада артиста несёт в себе глубокий смысл и оставляет неизгладимое впечатление.

   Возвращением «Лоэнгрина», призванным защищать честь и добродетель правительства, не больше не меньше – так я назвал бы блестящие гастроли Ивета Либермана (НДИ) на российском канале «Вести». Лихо закрученный драматический сюжет: коварные происки оппозиции против нечаянно оступившегося правительства; и когда мэтр бросил с телеэкрана своё знаменитое «Моя партия “Наш дом – Израиль” тоже явно прибавляет количество мандатов», можно было кожей ощутить, как вся аудитория буквально взорвалась овацией!

   Ну и уже совершенно неизгладимое впечатление оставил маленький профсоюзный коллектив под управлением Амира Переца, буквально поразивший нас очень оригинальным прочтением отчёта комиссиии Винограда под названием «11 положительных моментов». В принципе, это ремейк старой хорошо известной нам очень смешной комедии «Девочка с голубыми волосами, Или 33 подзатыльника», впервые поставленной ещё 100 лет назад знаменитым Карабасом-Барабасом. Остаётся только сожалеть, что в конце мая эта труппа, скорее всего, прекратит своё существование, в виду ухода своего руководителя с театральных подмостков партии «Авода». Впрочем, на смену ему идут новые достойные партии таланты – Ами Аялон, Шели Ехимович, ожидается возвращение к активной творческой деятельности хорошо всем известного Эхуда Барака. Так что театр, без сомнения, не умрёт, и мы не раз ещё увидим его эмблему, завещанную ему навечно Амиром Перецем – бинокль с закрытыми окулярами.

   ---

   Среди неприятностей, которые обрушились на нас на этой неделе, один приятный момент всё-таки есть: армия у нас строгая, дисциплинированная, куда там немцам! Это в анекдотах командиру у нас отвечают вопросом на вопрос, а в реальной жизни - только «Йес, сэр!», и при том с воодушевлением. Вот, например, одна из картинок периода Второй Ливанской: излагает Дан Халуц ошибочные взгляды своим генералам, а те берут под козырёк – и бегом исполнять! Будем действовать только авиацией: «Йес, сэр!», отвечают ему. Нет, только авиацией не получится, надо вводить танки – они: «Йес, сэр!». Танков недостаточно, бросаем пехоту: «Йес, сэр!». Или «кен, hамефакед!», хотя это уже не так важно. Главное, что действительно «бросаем» - во всех смыслах.

   «Подчиненный перед лицом начальствующим должен вид иметь лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать начальство». Заветы Великого Петра нашли своё применение и у нас, на Земле Обетованной - в этом отношении армия у нас построена явно по петровскому образцу. Были во времена оно «катюши» и «кассамы»? Фигачили они из-под Нарвы и Полтавы по Новгороду и Москве? Нет! Значит, незачем всякими там тылами заниматься, а без приказа – тем более! А если вдруг вздумает какой-то злопыхатель представить нашу дисциплинированность как «непрофессионализм и безынициативность», то мы, как и подобает офицеру и дворянину, вызываем его на дуэль – в БАГАЦ! Вот как, например, начальник службы тыла Ицхак Гершон, в связи с отчётом государственного контролёра Михи Линденштрауса о работе тыла во время войны. «Вы, сударь, негодяй! Завтра я пришлю вам своих секундантов... пардон, адвокатов!» И – перчаткой по мордам!

   Но главное – это всё-таки дисциплина. Скажет начальник: «Нам необходим Филадельфийский коридор?», а мы ему «Йес, сэр!». Или: «Нам не нужен Филадельфийский коридор?» - и мы опять ему: «Йес, сэр!». Важно, чтобы только вопросы ставились правильно, чтобы не спрашивали: «Как прекратить обстрелы Сдерота “Кассамами” из Газы», потому что тут уже ответить «Йес, сэр!» несколько затруднительно.

   (Почти из Владимира Высоцкого)

   На стол отчёт ваш, господа –
   О нет, глазам не верю!
   Что написал он там, когда?!
   И как, вобще, посмел он?!
   Его потребую на суд,
   Я в генеральском званьи -
   Я в порошок его сотру,
   Я в порошок его сотру
   На первом заседаньи!
   Пусть он раскажет, старый поц,
   Кто на меня доносит:
   С ним разберёмся «от и до»,
   Пощады он запросит!
   Его в суде возьмёт инфаркт,
   Он у меня поплачет:
   Я в этом деле Бонапарт,
   Я в этом деле Бонапарт,
   И Мальборо в придачу!
   Мой выстрел будет наповал –
   Вовек чтоб не забыли,
   Что было с тем, кто клеветал
   На нашу службу тыла!
   Стоял пятиэтажный мат,
   Метались в страхе птицы -
   А в это время адвокат,
   А в это время адвокат
   Переходил границу!