Вот и наступил главный праздник государства Израиль – День Независимости. Конечно, мне могут сказать, что главный праздник еврейского народа – это Песах, а главный день – Судный – Йом Кипур, но для меня главным является единственный наш светский праздник – День Независимости. Ибо нет для нашего народа важней события, чем обретение государственности после почти двухтысячелетного галута. И, несмотря на апокалипсические пророчества паникеров и статьи под истерическими заголовками, типа «Доживет ли Израиль до 2020 года», я уверен, что в обозримом будущем, то есть на пару ближайших поколений, Израилю не грозит исчезновение, и он является гарантом сохранения еврейской самоидентификации народа. А на более долгий срок я бы не стал ничего гарантировать даже Соединенным Штатам Америки.

День патриотизма

Слава богу, светский характер праздника (ну не шутка ли – благодарить бога за светский праздник?) избавляет от необходимости быть предельно корректным и избегать присущей нашему народу самоиронии. Израильтяне давно уже прозвали этот праздник «Днем Мангала», и надо прямо сказать, у них есть для этого все основания. Потому что его празднование за 59 лет существования государства обросло какими-то довольно странными традициями, которые блюдутся свято.

Как только закончится День памяти павших в войнах Израиля, на улицы Израиля выйдет народ. На площадях будут выступать самодеятельные и профессиональные артисты. Причем, дело чести муниципалитетов заполучить на свою площадь какую-нибудь престижную израильскую эстрадную звезду. Об этом беспокоятся даже те мэрии, из-за невыплаты зарплат которыми своим сотрудникам недавно была «закрыта» Гистадрутом вся страна. Все израильские газеты накануне этого вечера спешат оповестить возмущенную общественность о баснословных гонорарах, выплачиваемых этим звездам и звездочкам за их появление с 3-4 песенками. Звезды, в свою очередь, оправдываются – дескать, мы весь год голодаем, и только в этот праздник мы можем, наконец, поправить свои материальные дела за государственный счет, благодаря бесстыдному чёсу по городам и весям страны.

Но это еще не все традиции. Не понимаю, какая связь между независимостью Израиля и безумными забавами детей далеко не младенческого возраста, обливающих всех и вся пеной из баллончиков и бьющих друг друга надувными молотками, раскрашенными бело-голубыми национальными флагами. Что должны символизировать эти молотки – каждый может домыслить в меру своей фантазии. Можно вообразить, что это символизирует то, что сила Израиля дутая, а может также символизировать труд, которым создано государство Израиль.

На этом традиция кануна Дня Независимости исчерпывается, и народ, испачканный и довольный, расходится по домам, оставляя замусоренные до невозможности улицы.

А утром начинается ритуал приготовления мяса. Над всей страной – над парками, лесами, пляжами, газонами, балконами вьется густой аппетитный дым, ничуть не меньший, чем дым от недавнего большого пожара в Азуре. Вообще, космонавты на МКС, пролетая в этот день над территорией Израиля, видят страну, укрытую дымом, а запахи жареного на углях мяса, наверное, долетает даже до них. Неучастие в пикниках рассматривается почти как государственная измена (это я шучу!). Согласно подсчетам, сделанным накануне праздника, в пикниках собирались принять участие два с половиной миллиона израильтян, включая детей и младенцев и исключая арабское население, у которых этот день отмечается как день национальной катастрофы. И вот эти два с половиной миллиона накупили мяса на 24 миллиона шекелей. А если перевести шекели в килограммы, то получится 1200000 килограммов, то есть в среднем по полкило мяса на человека, включая грудных младенцев! Ну, чем не «день мангала»? Между прочим, столько мяса наша страна в обычное время потребляет за неделю!

Еще одна традиция – хорошая, прямо скажем, традиция – вывешивать национальные флаги и гирлянды на домах, между столбами на улицах и украшать бело-голубыми флажками автомобили. Правда, давно уже граждане не тратят на флаги и гирлянды свои деньги – их вкладывают в праздничные номера газет, и флаги поступают к гражданам с неназойливым напоминанием, что за них потратился один из ведущих банков страны (уж извините, не хочу делать ему бесплатную рекламу). Дотошные специалисты подсчитали, что гирлянд из флагов на праздник вывесили столько, что если их вытянуть в одну линию, то она протянется аккурат через всю страну от самой северной точки – Метулы до самой южной – Эйлата. А это – 600 километров.

Что касается машин, то в последние годы на машинах флажков стало поменьше. Еще лет 8-10 назад 60-70% личных автомобилей были украшены флажками. А буквально накануне праздника я провел свое собственное исследование на бульваре Ротшильда в Тель-Авиве. В среднем только одна из десяти машин несла на себе флажок. Правда, один мой приятель объяснил мне, что дело не в падении патриотизма, а в конструкции современных автомобилей, которые не ставятся на сигнализацию, если стекло, зажимающее флажок, недостаточно плотно закрывается.

Так что, как видим, показной патриотизм снижается порой не только по идеологическим причинам.

Гайдамания

Если бы я брал интервью у Аркадия Гайдамака, то задал бы ему всего один вопрос: «Что такое случилось с ним два года назад, что он, миллиардер, по крайней мере, с 10-летним стажем и «тихий благотворитель» (в больнице «Тель а-шомер» уже много лет есть построенный им медицинский центр, о котором не писали газеты, а знали только те, кто видел вывеску на здании Центра), вдруг решил заняться своим пиаром. То есть, стать публичной личностью и одним из основных «ньюсмейкеров» в стране. Нет недели, чтобы мы не услышали о какой-нибудь новой акции беспокойного миллиардера. В некотором роде, если наша власть – это бык, то Гайдамак – пикадор. Он не убивает власть шпагой, а просто дразнит, раздражает и злит ее, втыкая ей в спину свои бандерильи и пуская кровь.

Отношение к нему включает в себя все оттенки эмоций – от яростного неприятия до обожания. То он вопреки всем еврейским традициям устраивает вызывающее празднование гражданского Нового года. То на радость ортодоксам организует не менее пышное празднование Хануки. Во время второй Ливанской войны он продемонстрировал полную беспомощность и неприспособленность израильской бюрократии к реальным условиям военного времени. Он за три дня организовал в Ницаним лагерь беженцев с обстреливаемого Севера. Правительство послало к нему в лагерь чиновников для освоения передового опыта и смогло (точнее, возможно смогло бы) организовать аналогичную государственную структуру только на 33-й день, когда война уже закончилась. Потом на голубом глазу бюрократы объясняли: мол, конечно, Гайдамаку легко, он заплатил деньги, и ему за эти деньги отчитываться никому не надо. А нам, согласно правилам, надо объявить тендер (конкурс) на право организации лагеря, собрать комиссию по оценке предложений компаний-организаторов, выбрать самое выгодное предложение, проигравшие тут же подадут иск на неправильное решение, и пока суд не рассмотрит все протесты, начинать организацию лагеря нельзя…