Приличного и веселого вида многосумчатый дедок в кожаной куртке и желтой кепочке с бразильским флагом влезает в автобус с задней площадки (что нонсенс, да, потому что проверкой и продажей билетов в Израиле занимаются водители). Дедок выбирает место, ерзает на сиденье, поудобней пристраивая сумки и ягодицы, и начинает вещать:

-Вот зашел я с заднего входа, а почему? Потому, что я человек свободный. Я свою свободу за 200 шекелей купил (прим. - месячный проездной называется на иврите "месячный свободный"). Где еще можно купить свободу за такую ничтожную сумму? Я горжусь своей страной, где такая дешевая свобода, значит я патриот. Я патриот, но не ракета. Ракеты у меня в сумке. Полная сумка "катюш". Их так любят евреи! Как увидят, так ни о чем другом говорить не могут. Вот, везу "катюши" евреям на продажу. Зачем? Потому что народ, продающий свободу за 200 шекелей не может не купить задешево хорошую порцию свежих "катюш".

Пассажиры признают в дедке юродивого. Прячут улыбки. Тут же выискивается умник - смуглый подросток с острыми крысиными зубками, мелкими чертами лица и огромной нескладной тушей. Подросток считает, что псих должен знать свое место и сильно заблуждается насчет собственного. Он подтрунивает над дедком и ржет, в восторге от собственной сообразительности. Дедок злится.

- Посмотрите на мою кепочку, - говорит он, - разве на ней написано "смейтесь над этим человеком"? На ней написано: "Дед-партизан". Я партизан мысли и генерал свободы, потому что уже двадцать лет раз в месяц я покупаю свободу, хотя на эти деньги мог бы купить свой автобус. Разве я смешон? Смешон недоумок, который считает себя умнее психа, и пытается это доказать. Дайте мне десять недоумков, и я принесу пользу отечеству: я воспитаю из них психов и они не породят новых недоумков. Или... Я же патриот. Я отдам им свои "катюши". Только психи знают, что нужно с ними делать, а недоумки ими стреляют. Пусть будет война недоумков, трам-бам-бам. Раз, два, куча дерьма, и все недоумки едут в Америку, где их шлют мыть пол, без единой "катюши" и права смеяться над больными. А ты, - показывает пальцем, - не знаешь, чем занять свой рот, и либо говоришь, либо жрешь. Научился бы ты отсасывать, много пользы бы вышло.

Больше дедок не говорил. Когда он вышел, к тучному подростку подсел его родственник - такой же тучный, но постарше и с кучей огромных дешевых колец на сардельковидных пальцах.

-Ты видел, - зашептал парень, - у чувака полная сумка бриллиантов.

Подросток заржал, и запах его рта перекрыл вонь солярки.

-Я серьезно, - продолжал парень, - у него сумка открылась, а там часы и бирюльки всякие.

Родственники замолчали. Лица и вытянулись, выражая работу мысли. Стало слышно, как работает мотор и кряхтит старушка, уронившая яблоко.

Источник – «Живой журнал» soloha