В конце июня 2006 года все немецкие газеты сообщили о сенсации – Хамас готова признать Израиль. Источником сообщения было не официальное заявление правящего премьер-министра, члена Хамас, или решение палестинского парламента, а “Документ”, разработанный сидящими в израильском заключении палестинцами, предназначенный для восстановления “национального единства” враждующих между собой группировок Хамас и Фатах. “Хамас косвенно признаёт Израиль”, сообщила в заголовке “Ди Вельт”. “Хамас хочет открыто признать Израиль”, можно было прочесть в “Зюддойче Цайтунг”. “Хамас смиряется – непрямое признание Израиля”, писала “Франкфуртер Рундшау”. “Хамас: Израиль существует ... как нибудь”, размышляла “Тагесцайтунг”. “Признание Израиля посреди кризиса”, радовалась “Франкфуртер Рундшау”, иерусалимский корреспондент которой говорил о “призыве к государству в границах 1967 года, что можно понять как косвенное признание Израиля”. Ещё дальше пошла “Берлинер Цайтунг”: “Хамас признаёт Израиль”, в прилагающемся комментарии речь шла о “разумности в необходимости”, о том, что Хамас примиряется с существованием Израиля и согласен с созданием “двух государств”.

 

Как минимум, последнее утверждение было не совсем высосано из пальца. Хамас была согласна с образованием двух палестинских государств: одного - на занятых с 1967 года территориях, и другого - на территории Израиля в границах 1967 года. “Признание” сионистского образования, как бы “косвенно” оно ни должно было произойти, не было в “Документе заключённых” упомянуто ни единым словом. Оно существовало лишь в фантазии комментаторов. К счастью, представители Хамас вскоре внесли ясность: Хамас не собирается признавать Израиль, ни прямо, ни косвенно, и полна решимости продолжать вооружённую борьбу за освобождение Палестины.

 

Европейцы выдают желаемое за действительное из-за нежелания ввязываться в конфликты и сильного инстинкта самосохранения. Они воспринимают действительность, но лишь выборочно.

 

Берлинское бюро “Немецкой секции международных врачей за предотвращение атомной войны” опубликовало документ, в котором описаны возможные последствия американского атомного удара по Ирану: свыше 2 млн. погибших в первые 48 час., 1 млн. получат тяжёлые ранения. 10 млн. будут облучены. Вот только один вопрос не был рассмотрен в документе: какие разрушительные последствия имел бы иранский атомный удар, будь страна в состоянии произвести и применить атомную бомбу?

 

Этот вопрос никто не хочет себе задавать, и на то есть весьма весомая причина: никто не знает, как можно было бы предотвратить иранский ядерный удар, да и как вообще можно повлиять на политику иранцев. В то время как в случае американского правительства имеется пусть и небольшая, но всё-таки реальная возможность через общественное давление сдвинуть его в ту или иную сторону. Это знают и друзья мира, чьи демонстрации направлены против американских планов нападения на Иран, но не против атомной политики мулл. Они не слепы на один глаз, в чём их часто упрекают. Напротив, им открыта вся картина происходящего. И они радуются, как дети, нашедшие сюрприз в шоколадном яйце. “Мирный сигнал из Тегерана”, ликовала “Берлинер Цайтунг” в начале июня, когда Иран не сразу отклонил одно из многочисленных компромиссных предложений ЕС, а объявил, что “оно будет серьёзно рассмотрено”.

 

В безвыходной ситуации, когда ничего нельзя поделать, и самообман приносит облегчение.

 

Другой возможностью является “перемены через подхалимаж”. Оскар Лафонтен (Oskar Lafontaine), как-никак бывший Председатель СДПГ (SPD) и кандидат в канцлеры, вдруг обнаружил “общие черты между левой политикой и исламской религией”. В интервью “Neues Deutschland" он сказал: “Ислам ставит на общественность, поэтому он находится в противоречии с преувеличенным индивидуализмом, концепция которого на Западе вскоре должна провалиться. Вторая точка соприкосновения состоит в том, что верующий мусульманин обязан делиться. Левые тоже считают, что сильный должен помогать слабому. В третьих: запрет процентов всё ещё существует в исламе, как это было и в раннем христианстве. Во времена, когда целые народные хозяйства поражают кризисы, потому что представления о доходах на вложенные деньги стали совершенно абсурдными, существует основа для диалога, который ведут левые с исламским миром”.