52-летний десантник Моше Левин на фронт пошел добровольцем:

- Решил не отставать от сыновей-резервистов, - объясняет он.

Левин - боец легендарного 55-го батальона, его сын, 24-летний Рами, служит в 51-м - и тоже прославленном десантном подразделении. Проживает семья в поселке Оранит, в окрестностях Петах-Тиквы. После репатриации из Сирии отец Левина, Моше, служил в пограничных войсках. Он был убит федаинами в 1954 году, когда сыну было всего четыре месяца.

 

Сам Моше - инвалид ЦАХАЛа, был тяжело ранен в Войну Судного дня.

- Вся история нашего государства - сплошное кровопролитие, - замечает он. - Чтобы нация выжила в этом регионе, армия должна быть начеку, с одной стороны, и запугивать врага, с другой: такова уж ментальность наших соседей: понимают только язык силы.

Прежде, чем отправиться в Иерусалим, Моше отвез сына на расположенную в Иудее базу «Махане Офир», куда военнослужащих -резервистов успели перебросить с северной границы.

 

- В Ливан подразделение сына так и не ввели, - говорит Моше. - А сейчас перед бойцами поставили задачу задержать на «территориях» палестинцев, причастных к террористической деятельности. Правда, пули им выдали резиновые, строго- настрого предупредив: огонь открывать запрещено. Арабы забрасывают их камнями. Булыжник чуть не угодил сыну в лицо, но он связан приказом по рукам и ногам.

 

Левин проводит такую параллель:

- Государственная машина виртуозно подавляет граждан, допустивших малейшее нарушение закона. Если ты припарковался в недозволенном месте, - тут же получишь штраф. Не заплатил - сумма удвоится. Не успел погасить новый долг - нанятые местными органами власти юристы сдерут с тебя целое состояние. Но вот что парадоксально: военнослужащие, брошенные на выполнение оперативных заданий в Иудее и Самарии, де-факто идут на войну, однако при этом не только не имеют никаких полномочий - каждый постоянно трясется, что если посмеет к кому-то из палестинцев притронуться, будет отдан под суд.

 

Моше приводит характерный эпизод: при аресте в одной из деревень подозреваемых те предъявили израильские удостоверения личности.

- Многие жители Восточного Иерусалима разъезжают в последнее время по деревням и подстрекают местных жителей к более активному участию в «борьбе за освобождение Палестины». Но стоит нашим военнослужащим поймать таких за руку, – они тут же начинают размахивать справками, выданными израильскими инстанциями: «Я был ранен... Я - инвалид... И вообще я имею вид на жительство в Иерусалиме».

Задержали как-то солдаты палестинцев, забросавших армейские «джипы» бутылками с зажигательной смесью. Первая машина - бронированная, ехавшим в ней бойцам опасность не угрожала, зато другая брони не имела. Солдатам чудом удалось выскочить до того, как автомобиль воспламенился. Догнали нападавших, скрутили и доставили в полицейский участок. Следователь спросил: «Кто-либо из вас пострадал?» - «Нет...» - «Значит, нет и состава преступления». Палестинцев освободили... Попробуй оставить их под арестом - правозащитники тут же поднимут шум.

 

- Верно! Вот уже шесть лет армия выполняет на «территориях» функции полиции. Однако военнослужащие не прошли той подготовки, которую обычно проходят полицейские: солдат готовят к выполнению совершенно иных задач...

 

- Нет! - твердо произносит Левин. - Ничему нас история так и не научила: в 50-е годы налеты на наши населенные пункты совершали федаины. Нынешние члены «Хизбаллы» и ХАМАСа - их потомки, просто пресса придумала им новое название: боевики. Суть не изменилась. Не претерпела никаких изменений и повадка региона, в котором мы живем. Земля - та же земля и борьба за нее - та же борьба, просто ведется она иными методами.

 

- Навязать арабам европейскую ментальность и этические коды западной цивилизации невозможно. Но знать психологию Востока мы обязаны. Нет в ЦАХАЛе солдата или офицера, который не разбирался бы в ментальности врага. Этому обучают!

 

- Так ведь часть политического руководства тоже воспитана в армии. Бывший министр обороны Ицхак Мордехай командовал дивизией, в которой я служил... Шауль Мофаз был в нашей части командиром роты. Проблема заключается в том, что Израиль решил превратиться в европейскую страну или в некое подобие США.

 

- Я бы поставил вопрос иначе: в чем причина того, что мы пытаемся слепо подражать Европе или Америке? А причина эта проста: чтобы заручиться поддержкой Запада, Израилю приходится беспрекословно выполнять все требования международного сообщества. Мы ведь не ищем поддержки и оправдания арабского мира - надеемся на помощь Запада, хотя живем - на Ближнем Востоке. В свое время, в ходе операции «Черный сентябрь» король Хусейн перестрелял часть палестинских террористов, а уцелевших вышвырнул прочь. В ответ на это просвещенный мир даже не пикнул. Потому что только таким способом и решаются конфликты на Ближнем Востоке. Но попробовал бы Израиль осуществить нечто вроде «Черного сентября» - нас бы сходу осудили, заклеймили и пригвоздили к позорному столбу.

 

- Увы: нам, нашим детям, внукам и правнукам придется постоянно сражаться за эту землю. На мой взгляд, Израиль находится в тупиковой ситуации. Ведь чем большего процветания мы добьемся - тем сильнее будет стремление нашего окружения уничтожить нашу страну. Мы у арабов - как бельмо на глазу. Но мы-то не собираемся добровольно «закрыть лавочку». Я, например, мечтаю, чтобы мои дети получили образование и жили лучше родителей, а внуки были еще более развиты, чем дети. Арабы тем временем продолжат на нас наступать. Вот почему я убежден, что мы обязаны воспитать и детей, и внуков таким образом, чтобы они умели и хотели защищаться. В нашей семье мы так себя и ведем. Никаких иллюзий относительно мира у нас нет. Мы и сейчас надеемся, что в следующей войне сможем одержать однозначную, убедительную победу, завершив ее совсем не так, как эту.

 

- Мы потерпели сокрушительное поражение. Причем отнюдь не потому, что не могли победить: в провале ЦАХАЛа повинно руководство страны. Но даже тот факт, что политическая верхушка навязала армии поражение, не внес в ЦАХАЛ ни деморализации, ни разочарования. Каждый из резервистов убежден: наш военный потенциал и мотивация бойцов по-прежнему высоки. Это и придает нам сил и оптимизма.

Вроде бы точка поставлена. Вокруг нас с Левином нетерпеливо топчется собкор «Вашингтон пост» с приставленным к нему переводчиком. Спешу задать своему собеседнику самый главный вопрос:

 

- Не секрет, - отвечает Левин. - Вместе с воинами-десантниками я был доставлен в Ливан тем самым вертолетом, который боевики подбили буквально через пару минут после высадки десанта. Пять членов экипажа погибли...

 

Пауза...