В период трудного тинейджерского возраста, а на иврите он называется еще более образно - «типеш-эсре» (на русский этот синтетический неологизм можно перевести как «дур-надцать») - ребятам приходится очень непросто. Молодые люди пребывают в поисках себя самих как личностей, своего места в семье,  обществе,  мире. Им страшно, что они вдруг окажутся неоригинальными, банальными, как все остальные, и в то же время, их, наоборот, пугает возможность, не дай Б-г, быть слишком особенными, «не такими как все». Да еще и молодые гормоны вовсю играют, делая их трудно управляемыми. Что делать, это природа. В этот период общепринятые аксиомы и догмы с легкостью ниспровергаются, авторитеты утрачиваются, и в то же время одновременно легко берутся на веру сомнительные теории, философии. Вызывают к себе безотчетное доверие всяческие «гуру», на поверку оказывающиеся, как правило, либо подонками и шарлатанами, либо психически нездоровыми людьми. 

 

В этот сложный период необычайной чувствительности еще неокрепшей психики наши дети оказываются фактически беззащитными, один на один с вызовами, к которым они попросту не готовы. Им не достает прочных знаний, четких убеждений, жизненных принципов и надежных якорей-ориентиров. Родители, да еще многие с проблемами абсорбции, снижения социального и профессионального статуса, представляются им банальными и безнадежно «устаревшими».

 

Не следует забывать, что в этом возрасте дети бывают страшно жестоки, и вовсе не по злобе, а просто потому, что еще не научились ощущать боль, в особенности чужую. Не случайно есть примеры страшной жестокости 12-14-летних солдат в некоторых африканских армиях (их потому и гонят в армию, что малолетним «детям-солдатам» не знакомо ни чувство страха, ни жалости).

 

Спрашивается, может ли общество позволить себе бросать этих подростков на произвол судьбы? Здравомыслящее, зрелое общество ответит на это однозначно: нет! Но можно ли считать наше общество таковым? Увы, безответственность, царящая в нем, не позволяет этого сделать.

 

В небольшой, но поразительной по силе новелле Уильяма Голдинга «Повелитель мух» рассказывается о группе подростков, попавших на необитаемый остров, где оторванность от цивилизации и незрелость детской психики повлекли к развитию у них атавистических моделей поведения, что неминуемо привело к трагедии. Но почему  получается, что, живя вроде бы в цивилизованном обществе, наши подростки оказываются «на необитаемом острове»?

 

А может, просто потому, что в самом обществе сбились ориентиры? Смещение ценностей приняло ярко выраженные  уродливые формы. Исказились пропорции, главное путают с второстепенным. Терпимость сменилась вседозволенностью. Ответственность стала анахронизмом. Безграничный плюрализм и гипертрофированная политкорректность довели общественное сознание до абсурда. Зло перестали карать, его стараются понять и, еще лучше, «простить и отпустить грехи». Не исключено, что среди многочисленных «гордых» и правозащитных движений появится и движение в защиту каннибалов (ну согласитесь, ведь о вкусах, в том числе гастрономических, не спорят – не политкорректно, не плюралистично, не интеллигентно,  «не высоколобо»). Понятия морали и совести, особенно в политике, ничего, кроме горькой усмешки не вызывают. Коррупция правит бал. В дни, когда страна, истекая кровью, ведет тяжелую войну за свое выживание, так называемые «гуманисты», узурпировавшие звание «лагеря мира», своими выпадами, по сути, вонзают ей нож в спину и для убедительности еще и проворачивают туда-сюда, туда-сюда. Эфир предоставляют откровенным пособникам врага, которые сидят в Кнессете, получают пособия страны, гражданами которой они являются, и которую от всей души искренне и самозабвенно  ненавидят, желая ей погибели. Вот какие примеры гражданского поведения, вот какие «музыкальные вечера для детей и юношества» видят наши дети.