Меня, честно говоря, всегда коробило от знаменитого (марксового?.. по-моему, да...) изречения о евреях и деньгах – но было бы глупо утверждать, что и в самые счастливые, и в самые трудные моменты нашей государственной истории мы можем позволить себе забыть о финансовой, экономической, денежной стороне израильской реальности.

В том числе – и в нынешние военные дни и недели; в определенном смысле – именно сейчас мы не можем себе позволить отставить в сторону вопросы финансовой и экономической устойчивости, безопасности и надежности Израиля.

 

Практически с первых дней нынешней, второй ливанской войны, в стране заговорили об убытках, которые образовались от нее – и об убытках отдельных граждан, и об убытках коммерческих структур. И не только о самих убытках, но и том, кто и как будет эти убытки покрывать – если будет вообще.

 

В том, что касается ущерба здоровью и имуществу граждан, решение, судя по всему, будет наиболее очевидным и простым. Существуют законы и законодательные акты, правила и инструкции, обязанности, в целом и общем автоматически возлагаемые на государство и в индивидуальном порядке на страховые компании. По действующим в Израиле правилам, ущерб, нанесенный большей части имущества граждан, покрывается из специального фонда и отвечает за все эти действия специальная структура («мас рехуш») – система эта достаточно отлажена. Единственное серьезное опасение, которое лично у меня имеется в связи с этой частью покрытия ущерба от именно нынешней военной компании – масштабы, размеры ущерба и, соответственно, нагрузка, которая ляжет на плечи соответствующих государственных чиновников. Мы, как правило, предъявляем государственным структурам претензии в связи с их неповоротливостью – и, к сожалению, претензии эти нередко справедливы. Особенно – если речь идет о возмещении ущерба, нанесенного жилью: хорошо, если компенсации будут выплачены – плохо, если это произойдет спустя несколько месяцев! А опасность такая существует – об этом свидетельствует количество заявлений о возмещении нанесенного ущерба: по разным данным, оно уже перевалило за 6,000 (прописью – шесть тысяч!..). Возможно, государству в нынешней ситуации следовало бы пойти на если не чрезвычайные, то, хотя бы, особые меры для максимального сокращения сроков. Способы ту могут быть самые разные: от упрощения процедур (это, как известно, один из самых типичных «тормозов» в государственные структурах) до, возможно, привлечения дополнительных ресурсов в смысле специалистов (не исключено, что можно будет воспользоваться даже услугами частных компаний и специалистов).