В минувший вторник центр Иерусалима был окрашен в оранжевый цвет: в канун 9 Ава бывшие поселенцы Гуш-Катифа, Хомеша и Санура отметили годовщину одностороннего размежевания.

Оказавшись на большой поляне Сада Независимости, обращаю внимание на огромные стенды, которыми она окружена.

 

 

- Скажи-ка, сынок, что за дом запечатлен на этом снимке? - спрашивает отец белокурого малыша в вязаной кипе.

 

- Это наш дом в Ганей-Таль!..

 

5-летнему Орену диалог с отцом кажется игрой. Был у мальчика дом в красивом цветущем мошаве, а сейчас ребенок вместе с родителями, старшими братьями и сестрами ютится в караване в поселке Яд-Биньямин.

 

- Орен, мама довольна новым жильем? - спрашиваю я.

 

- Мама очень нас любит, - произносит он доверчиво, и его лицо озаряет безмятежная улыбка, - но часто тайком от нас плачет. Почему?!

 

Не только мама Орена плачет тайком... Повернувшись к толпе спиной, утирают слезы, глядя на стенды со старыми фотографиями, многодетные матери Гуш-Катифа и их дочери.

 

- Помнишь, вот здесь, на шоссе, стоял дорожный указатель, на котором было написано ''Мораг''? - доносятся до меня тихие, сдавленные голоса.

 

- А здесь арабы расстреляли семью Хатуэль...

 

- А в этом месте, на пляже Шикма, больше года назад состоялся митинг в поддержку поселенцев...

 

Годовщина депортации совпала с Девятым Ава, днем разрушения Храма, и с войной, в огне которой пылает весь север страны, вплоть до Хайфы.

 

- Ей-Богу, неловко говорить: ''Мы предупреждали!'' - произносит Анат Яаков, не в силах оторвать взгляд от стенда с картинками из прошлой своей жизни. - Но ведь мы действительно предостерегали: если Израиль выведет в одностороннем порядке войска из Южного Ливана, ''Хизбалла'' начнет вооружаться усиленными темпами, чтобы осуществить новое нападение на нашу страну. Предвидели мы и то, что если Гуш-Катиф ликвидируют, ''касамы'' посыплются не только на Сдерот, но и на кибуц Яд-Мордехай, на Ашкелон, Нетивот... Однако полтора-два года назад слушать нас никто не желал. От нас отмахнулись, как от назойливой мухи, объявили врагами народа. Наших сторонников бросили в тюрьмы... Построенные нами дома разрушили теми же бульдозерами, которые сегодня утюжат деревни на юге Ливана...

 

- Новый виток агрессии на севере страны был неизбежен, - подтверждает председатель Совета поселений Бенци Либерман. - Все мы называем развязанную всемирным исламом войну не ливанской, а войной размежевания.

 

У стенда с фотографиями жертв террора из Гуш-Катифа застыла в молчании стайка девушек. О чем они думают под прессом нахлынувших воспоминаний?

 

- Ты звонила на армейскую базу? - внезапно спрашивает одна из девушек подругу.

 

- Да, телефон старшего брата отключен, значит, его подразделение уже вошло в Ливан...