Дорогой и уважаемый наш Вождь, Владимир Владимирович!

 

Я пишу Вам уже второй раз, но ещё по более важному. Последние дни не нахожу себе места от боли по ливанцам – даже, что на меня не похоже, едва не заплакала уже три раза. Не прошу ничего для себя лично, как этот пройдоха Сергей Брагинский, выдающий себя за писателя, а хапуга за деньги. Вообще, если ты писатель, то пиши нужный портрет и деньги сами прискочат, а он – просто тьфу перекатное!

 

Надеюсь, что его письмо к Вам и не пропустили – так оно и отбегалось без толку для таких, как он. А моё пройдёт, ни один секретарчик на его пути иначе как передать - не посмеет. Потому что напомню, кто я была – директор центральной овощебазы г. Киева ещё до охватившей его самостийности. Главней меня там, смело могу сказать, кроме Шелеста, просто никого не было.

 

Пишу Вам потому, что основного не могла понять – неужто и вправду Израиль всю эту кашу заварил, мир на нервы изводит из-за их каких-то своих двух пленных солдат. И сразу, как пьяные, целой нахальной страной пошли всех невинных бомбить и из домов выгонять. А Меркелиха здешняя, сама, как и я, понять в ключевой проблеме ничего не может, и всё кудахчет про взаимное примирение и необходимость этих солдат вернуть. Какое примирение, когда американцы руками наймита Израиля бьют ливанцев и хизболовцев, чтобы поработить мир? Начинают с маленького Ливана, а кончат, мы то с Вами понимаем, где. Обстановка в мире выпадает сложная. Правильно Примаков Е. М. сказал, что слова Буша (и дела, наверное) настораживают его. Добра, словом, не жди, но жить и так надо. А Примаков, я слыхала, большой человек, хоть на моей овощебазе и не отоваривался.

 

Сути я не могла понять в происходящем, пока вашими словами мне как обухом по голове, после чего всё прояснилось, чего в такой мере, скажу прямо, и на овощебазе, и в эвакуации, т.е. здесь, в Германии, со мной не было. Вы это всем сказали по телевизору. И Меркелиха, наверное, до этого ещё не допёршая, просто подыхает вне телевизора от зависти, и поделом ей, как и всем им.

 

Вы прямо сказали – я запомнила – «Цели Израиля в Ливане не ограничиваются освобождением двоих пленных солдат». Господи, как это я сразу сама не догадалась? Хотя, конечно, теперь я поняла большую между нами разницу и потому назвала Вас Вождём. Хотела написать Вам сразу, но просто задохнулась от потрясения. Конечно, нет возможности поверить, что эти из Израиля имеют такую большую совесть и заботу друг об друге. С чего бы это? По моим личным впечатлениям, сужу по своему бывшему Шли-Мазлу, у  них всё важнейшее совсем крохотное, даже вспомнить тошно. А совесть – тоже важное. И чем они лучше других-то? Вот в России генерала со всей свитой чеченцы в плен забрали, так и то всё было без чрезвычайностей. Да и мне приходилось, хоть и редко, терпеть, когда накатывали. Но чтоб я сразу всей силой выручала своих – не было такого. Своим всяк станет, кому много дашь. А кого забрали – тот не мой.