Площадкой для отработки этой линии после победы ХАМАСа на выборах стала ПНА, где после  ухода Израиля из Газы идет война всех против всех, набирая обороты по мере того, как заканчиваются ресурсы.

 

Первым  этапом новой стратегии стали попытки прорвать дипломатическую блокаду правительства ХАМАС и восстановить приток международной финансовой помощи  В рамках этой стратегии новое палестинское руководство пыталось избежать полномасштабной резни, направляя общую энергию против Израиля  в надежде на то, что на каком-то этапе Израиль, ЕС и США сломаются и начнут опять давать деньги. (Для начала - ежемесячно $ 180 млн., минимально необходимых для выплаты жалования бюджетникам). Несмотря на фактическое содействие России и ряда европейских стран,  эти усилия в целом провалились.      

 

На следующем этапе - или параллельно с предыдущими действиями - лидеры ХАМАС, действуя под вывеской либо своего "боевого крыла", либо других террористичсеских организаций, возобновили массовые обстрелы израильской территории (по официальным данным, с октября 2005 г. из сектора Газы было выпущено по Израилю более 800 ракет "Кассам"). Целью этих действий, помимо поддержания авторитета ХАМАСа, была попытка вызвать жесткую ответную реакцию ЦАХАЛа и массовые жертвы среди "гражданского населения" палестинских городов. Это, по замылу хамасовских лидеров , должно было вызвать волну сочувствия, легитимизировать правительство ХАМАСа и открыть шлюзы для финансового потока. (Этой же цели, видимо, должны были служить и ряд провокаций, в частности гибель палестинской семьи на пляже в Газе, с тем, чтобы списать трагедию на израильтян).  Подобные провокации также завершились практически безрезультатно.

 

Какое-то время казалось, что ХАМАС для собственного выживания готов временно прекратить вооруженное сопротивление, объявить перемирие, и переиграть своих противников на политическом поле. Этой цели служило и обсуждение т.н. "меморандума заключенных", который, по мнению одних аналитиков, мог стать для ХАМАСа запасным вариантом спасения ситуации, а по мнению других – дымовой завесой для новой перегруппировки сил. В любом случае, террористической активность продолжала оставаться стратегическим выбором палестинских лидеров, и именно в этом направлении их подталкивал Насралла, влияние организации которого среди палестинских арабов после осуществленной Шароном в 2004 г. сделки с ним по обмену сотен шиитских террористов на тела трех израильских солдат и одного наркоторговца,   стремительно росло.

 

Главную роль на этом этапе должно было сыграть похищение военнослужащих. Расчет "Хизбаллы" и ХАМАСа, как заявил бывший начальник штаба Южного военного округа Цвика Фогель, "базировался на отсутствии решительности израильского руководства, на низкой вероятности ответных действий и на ожидаемом осуждении Израиля международным сообществом. Уверенность Насраллы и его союзников зиждилась на концепции "паука и паутины" – прогрессирующем параличе еврейского государства" 

 

Предполагалось, что как и в прошлом израильтяне предпочтут вести переговоры об "обмене пленными", что при любом исходе ситуации оставит стратегический выигрыш за лидерами террористических структур (по принципу "разговаривают – значит признают")  Таким образом, приказ из Тегерана попал на подготовленную почву.  

 

На первый взгляд, реакция политического руководства Израиля на похищение ст. ефрейтора Гилада Шалита отвечала ожиданиям палестинских лидеров и их патронов. Правительство действовало в рамках модели, избранной Ольмертом для политического обеспечения своего "плана свертывания" - попытка переговоров с целью достижения "взаимоприемлемого компромисса", которая быстро приводит к выводу, что "на той стороне разговаривать по-прежнему не с кем", что "вынуждает Израиль предпринять односторонние шаги". И хотя в данном случае таким односторонним шагом стала военная операция, ограниченный характер этой акции, предпринятой с оглядкой на  внешние интересы и немалую оппозицию внутри Израиля, судя по всему, говорили о намерении сохранить политическую инфраструктуру ПНА. Это, в свою очередь, позволило бы правительству Ольмерта перейти, также в одностороннем плане, к своему главному проекту - плану "свертывания", т.е. ликвидации большей части еврейских поселений в Иудее и Самарии и "концентрации" их жителей  в 3-4 поселенческих блоках внутри "забора безопасности".