В свете событий последних месяцев реалистичность подобных перспектив выглядит весьма сомнительной. Односторонний уход Израиля из Газы фактически привел к власти в ПНА ХАМАС и явно усложнил ситуацию в сфере безопасности.

 

Кроме того, обещанные Шароном израильтянам политико-дипломатических или экономических дивиденды выглядят весьма неочевидными. Большинство участников "ближневосточной четверки", теоретически приветствуя уход ЦАХАЛа и ликвидацию еврейских поселений в Газе и на Западном берегу р. Иордан,  дали понять, что рассматриваю этот шаг Израиля лишь как прелюдию к возобновлению политического процесса, и оказались не готовы принять концепцию "окончательности границ", возникших в ходе израильского отступления. (Ольмерт, де факто, признал эту новую реальность, постепенно перестав упоминать о "постоянных и международно признанных границах" и  дав указание своим политтехнологам продвигать через СМИ идею "временных защищаемых границ, в рамках которых Израиль останется до тех пор, пока у палестинцев не выправятся мозги")

 

Что касается экономических выигрышей, то как и следовало ожидать, правительство США, вопреки уверениям Шарона о достижении соответствующих договоренностей, отказалось компенсировать расходы связанные с "размежеванием" – точно также, как пять лет назад Клинтон отказался оплатить односторонний уход ЦАХАЛа из южного Ливана. Что же до впечатляющего экономического роста последнего периода (5,5% в 2005 г. и 6,6% в первом квартале 2006 г., а также почти 9%-й промышленный рост во втором квартале этого года), включая масштабные иностранные инвестиции, бурный рост туризма и израильского экспорта, то он был, в основном, достигнут за счет вменяемой экономической политики министерства финансов 2003-2005 гг., и имел весьма косвенное отношение к реализации программы Шарона.  

 

Таким образом, признаки провала стратегии "одностороннего отделения" стали очевидными еще за месяцы до того, как палестинские и ливанские боевики атаковали соответственно южную и северную границы Израиля. 

 

В итоге, Израилю сегодня приходится иметь дело с новой стратегией, "заказанной", или, как минимум, согласованной с Тегераном и Дамаском. Эта стратегия преследует, как видится, две цели.

 

Первая - снять с повестки дня иранское "ядерное досье". По сообщению главы армейской разведывательной службы (АМАН), генерала Амоса Ядлина, "Тегеранские покровители террористов намеренно выбрали для провокационного нападения «Хизбаллы» на Израиль именно тот момент, когда мировое сообщество собиралось усилить дипломатическое давление на Иран в связи с развитием его ядерной программы". В свою очередь, лидер ливанских друзов Валид Джумблат заметил: "Эта война более не является ливанской...это война, которую ведет Иран. Иранцы как бы сообщают США: вы хотите атаковать нас в [Персидском] Заливе и разрушить нашу ядерную программу? Мы нанесем по вам удар дома, в Израиле.”

 

Не менее важной целью в связи с этим является попытка прорвать политическую блокаду "Хизбаллы" и ХАМАСа  и втянуть Израиль, а за ним и весь западный мир, в заведомо проигрышный диалог с ними, без выполнения этими организациями ультимативных требований международного сообщества о разоружении, признании Израиля и прекращении террора.