Три года назад, в феврале 2037 года было торжественно отмечено 45-летие Европейского Союза. И хотя теперь до 50-летнего юбилея оставалось ещё два года, подготовка к нему уже началась. СМИ были заполнены аналитическими обзорами и статистическими материалами, показывающими достижения объединённой Европы за её короткую историю. Об этом же не уставали говорить главы государств, политические и общественные деятели. Все они с уверенностью и оптимизмом смотрели в будущее .

 

За минувшие десятилетия Союз превратился в гармоничное сообщество братских государств. Такие негативные явления как дискриминация эмигрантских национальных меньшинств, расовая и религиозная нетерпимость по отношению к новым гражданам были полностью изжиты. Экономика, получившая сильный импульс ещё в начале столетия, продолжала развиваться, чему не мало способствовал приток местной дешёвой квалифицированной рабочей силы, обладающей давними традициями добросовестного отношения к труду. Происходили также заметные сдвиги в социальной и культурной областях. Комиссия Европарламента по делам культурной политики поддержала

 предложение Австрии и заменила прежний гимн Союза, минорную “Оду радости” Бетховена, на мажорный “Турецкий марш” Моцарта. В 2036 году в Берлине с успехом прошли Олимпийские игры, показавшие, что отныне в Европе происходят только спортивные сражения. Казалось, ничто не омрачало приближающийся юбилей …

 

И тем не менее, наиболее вдумчивые наблюдатели с тревогой отмечали признаки назревающих конфликтов внутри Союза. Первой ласточкой стало вступление в марте 2038 года немецкой армии в Австрию и объединение её с Германией. Затем Германия потребовала эвакуировать греческое население Кипра и передать остров его законным владельцам туркам. Канцлер Рудольф Али-оглы, лидер известной экстремистской организации “Серые волки”, победивший на последних выборах в бундестаг, заявил в ультимативной форме, что Германия не будет безучастно наблюдать угнетение греками турецкого меньшинства. Греция подала жалобу в ООН, но Франция и Англия предупредили, что наложат вето на резолюцию, осуждающую Германию. Тогда президент Греции Микис Пандоракис призвал народ вспомнить славное прошлое и встать на защиту острова. На следующий день воздушно-десантная дивизия “Серые волки” высадилась на Кипре и начала очистку его от греческих оккупантов. Уцелевшие греки-киприоты бежали в Израиль, который пристально наблюдал за развитием событий. После ликвидации иранской угрозы страна готовилась к решающей схватке с мусульманской Европой и снова наращивала свой сдерживающий ракетно-ядерный потенциал. Армия непрерывно тренировалась на всех базах от Галилеи до Негева .

 

Тем временем Генеральная Ассамблея ООН осудила Грецию за её вызывающую и провокационную политику. На американскую помощь греки рассчитывать не могли, так как влиятельное арабское лобби США провело закон, запрещающий вмешательство в дела стран с преимущественно мусульманским населением .

 

Несмотря на то, что конфликт между Германией и Грецией не затрагивал непосредственно интересы других стран Европы, они неожиданно стали проявлять беспокойство и с тревогой следить за действиями Германии. Чтобы успокоить их и показать необоснованность каких-либо опасений, Рудольф Али-оглы пригласил руководителей братских государств в Мюнхен. Вскоре состоялась его встреча с президентом Франции Франсуа Аббасом и премьер-министром Англии Джоном Айюб Ханом. Канцлер заверил гостей, что у него нет никаких территориальных претензий к их странам и поклялся в этом на Коране. Он лишь попросил, чтобы в тройственном соглашении была отмечена справедливость политики Германии в отношении Греции. Просьба была с готовностью удовлетворена, и Мюнхенский договор подписан. Возвратившись в Лондон, Айюб Хан помахал им над головой и произнёс исторические слова: “Во имя Аллаха, я привёз вам мир, братья !”

 

Однако, вскоре в Англии и Франции на площадях и в мечетях стали звучать настойчивые требования о принятии действенных мер на случай военного конфликта с Германией. Министр иностранных дел Германии Генрих Гасан-оглы вызвал послов этих стран и в резкой форме передал им недовольство канцлера. А министр пропаганды Карл Бей-паша заявил, что антигерманские настроения провоцирует христианское меньшинство, действующее заодно со своими единоверцами в Германии. Независимые наблюдатели в Японии и Микронезии отметили, что заявление министра было предсказуемым, ибо после изгнания евреев христиане остались единственным чуждым элементом в Европе. Бей-паша призвал “Серых волков” пресечь происки врагов государства. Боевые отряды этой организации совместно с народными дружинами янычар начали громить и поджигать церкви и монастыри, а также продуктовые лавки, торгующие свининой и спиртными напитками. Эта акция, вошедшая в историю как “ночь ятаганов”, сплотила народ и окончательно изолировала запуганное христианское меньшинство .