За спорами о том, как бы возродить Россию мы как-то упустили из вида очевидный факт: Россия уже умерла. Великого государства, государства воинов и пахарей, грозных правителей и подвижников больше не существует. Великорусский народ, объединявший некогда десятки народностей, закончил свою жизнь и превратился в жалкую толпу обывателей, тяжко болеющих «рыночной лихорадкой».

 

Чем отличается народ от толпы? Осознанием единства своей исторической судьбы, единства жизненных интересов и совместным преодолением сопротивления окружающей среды.

 

Еще один важный признак здорового народа – агрессивность по отношению к врагу, к опасности. Понятие агрессии здесь абсолютно безотносительно к морали – это такой же элемент самозащиты, как кулаки у мужчины. Агрессивность народа может проявляться и в порабощении соседей и в мирном социальном творчестве. Агрессивность есть проявление энергии народа, а потому ее утрата равносильна остановке сердца у человека, за которой немедленно следует смерть.

 

Смешно наблюдать, как разномастные политики пытаются указать народу, куда ему двигаться – к социализму, капитализму, монархии с нечеловеческим лицом... Господа, не суетитесь, разве можно придать направление движения трупу?

 

Народ в своем историческом развитии может достигнуть состояния сверхнарода и тогда, через краткий промежуток времени, он сможет достичь всех поставленных перед собой целей. Сверхнарод – высшее состояние народа, когда его воля к сопротивлению не знает пределов.

 

Достигал ли когда-либо этого состояния русский народ? Оказывается, да и это было не так уж давно. Хочу обратить внимание на факт, обычно упускаемый из вида. Вспомните большинство кинофильмов сталинского периода... Главные герои там отнюдь не карьеристы, достигшие вершин материального и социального достатка. Обычно это «простые» люди: рабочие, солдаты, летчики и даже школьники. А какие они? Какой образ гражданина пропагандировался тогда? Ответ очевиден: образ физически и духовно сильного, энергичного, неконъюнктурного и даже антиконъюнктурного человека. По моему глубокому убеждению, все средства пропаганды в «тоталитарном» сталинском государстве были направлены на воспитание не послушного винтика системы, а по-настоящему свободного и гордого человека, презирающего бюрократическую тину и тогдашних «офис-менеджеров».

 

Вот фильм 1941 года – «Валерий Чкалов». Там герой и легенда поколения 30-х, нарушая все инструкции и правила, пролетает под Троицким мостом в Ленинграде, за что сажается под арест и отстраняется на продолжительное время от полетов. Но киношный Чкалов, как, впрочем, и реальный, чихает на все запреты и репрессии, уверенный в оправданности своего экстрима. И он оказался прав – в условиях войны практика ведения воздушного боя на предельно малой высоте оказалась исключительно эффективной и спасла немало жизней наших лётчиков. Подобных примеров каждый может привести множество.

 

Какой пример для молодежи! — осуждающе покачали бы головой в сусловском ведомстве. Но в те времена считали иначе. Страна готовилась к великой битве. Русские, сопрягая усилия с другими народами России, превращались в советский сверхнарод.

 

Примером для подражания молодежи сталинского СССР была, физически и духовно сильная, непокорная личность, видящая цель своей жизни в служении сверхнароду. Отсюда повальное увлечение спортом и ОСАВИАХИМ. Но этим воспитание далеко не исчерпывалось?

 

Мощь советского сверхнарода была еще и в том, что он всегда имел перед собой четкий образ врага. Врага, которого он умел ненавидеть. Установка была самая жесткая: «Увидел врага – убей врага». И пионеры без запинки и морального смущения задорно горланили:

 

 

Впоследствии эти же пионеры докажут, что их невозможно смутить видом крови, ни врага, ни собственной.

 

Сталин умер. Пропаганда спорта в СССР пошла на спад и никогда уже не достигала вершин, достигнутых в 30-е годы.

 

На смену фильмам, воспевающим гордого, сильного, умного человека, пришли творения «интеллектуалов», в которых действующие лица, запутавшись в душевных метаниях, скулили от жалости к себе и жевали общечеловеческие сопли. Занятие, что и говорить, очень продуктивное…

 

В результате, образ врага в сознании советских людей стал быстро размываться. Никто уже не верил в близкую опасность, в злых империалистов. Особо «продвинутые» вслед за Сахаровым заговорили о «конвергенции двух систем». Наивность и глупость одних смешивалась с откровенной злонамеренной деятельностью других.

 

Могут возразить: нас учили любить. Вранье! Не может по-настоящему любить тот, кто не может ненавидеть. В русской культуре из поколение передавались навыки и любви и ненависти. В нашем поколении всячески подавляли чувство ненависти – в результате мы разучились любить. И спокойно смотрим на уничтожение нашей страны, на «Дубровку», на Беслан, на замерзающие города…

 

Советский сверхнарод ушел с исторической сцены. Взамен СССР остались несколько ублюдочных псевдогосударственных образований. Сегодняшняя Российская Федерация лишь в формальном смысле является правопреемницей Союза. Никакой реальной преемственности нет. Великая Россия пала под ударами внешних и внутренних врагов. То, что сейчас называется Россией, не имеет никаких корней в прошлом, ни перспектив в будущем.