На мой взгляд, цитата из Александра Сергеевича, вынесенная мною в эпиграф к этой статье, как нельзя лучше описывает состояние израильской политической системы после прошедших выборов.

 

Ариэль Шарон, который наверняка мог бы набрать четыре десятка мандатов по принципу ''кто в меня верит - за мной!'', оказался вне политической активности. И громкий провал ''Кадимы'' стал свершившимся фактом.

 

Фактически наша политическая и парламентская реальность оказалась отброшенной лет на десять назад, в ситуацию, при которой есть партии, набравшие больше и меньше голосов, но нет партии-лидера. В результате - разброд и неопределенность, на которую совершенно логично отреагировали биржевики и инвесторы, израильские и зарубежные. Они, безусловно, не потеряли веры в израильскую экономику, но решили перевести капиталы в более предсказуемые места хотя бы на время формирования коалиции и правительства. Тем более, что ситуация действительно достаточно далека от ясности: с одной стороны, есть партия с наибольшим количеством голосов, с другой - разница эта легко сводится к малозаметному минимуму. А если добавить сюда такой примечательный факт, что со дня на день вокруг одного-единственного министерского портфеля разгораются все более жаркие споры, негативная реакция делового мира и финансовых структур становится предельно понятной и предсказуемой.

 

Действительно, за прошедшие с момента выборов несколько дней практически нет упоминаний о борьбе за портфель министра иностранных дел или министра обороны; так, время от времени кто-то высказывается на этот счет... Главная же лихая кавалерийская рубка идет вокруг министерства финансов.

 

Конечно, министерство финансов всегда привлекало к себе членов коалиции: это, несомненно, самое влиятельное и могучее министерство в современной израильской государственной машине. Но в нынешней ситуации есть еще одна специфическая ''мелочь'', о которой борцы за минфин как-то и почему-то предпочитают умолчать (и если вдуматься, это умолчание гораздо красноречивее иных трескучих лозунгов). Все просто: в государственной казне сегодня есть деньги. Выражаясь языком наших парламентариев, ''есть жирный пирог, который можно красиво поделить''. Стараниями израильского делового мира, государственного и частного, стараниями (не в последнюю очередь!) бывшего министра финансов Биньямина Нетаниягу и принявшего его пост Эхуда Ольмерта, в казне сегодня как минимум на десяток миллиардов больше ожидавшегося. А если добавить сюда экономию, которую государственная казна получила из-за так и не принятого до сих пор бюджета (финансовые корректировки были сделаны далеко не все, на новые проекты денег не выделяли, многие расходные статьи оказались в ''замороженном'' состоянии...), то сегодня есть чем заполнить бюджетный пирог, есть что делить, есть за счет чего проявить себя защитником, покровителем, благодетелем, а также отцом родимым и матерью.

 

Кнессет нынешнего состава обладает одной потрясающей воображение специфической чертой: более половины его членов оказались в списках не в результате честной борьбы за голоса хотя бы членов партии, а благодаря ''мнению вышестоящих товарищей''. Судите сами: в ''Кадиме'' внутрипартийных выборов не было, решал Ольмерт и его верные адепты. Список ''Наш дом Израиль'' составлял, видимо, сам Либерман, возможно, предварительно проконсультировавшись. ''ШАС'' и ''Агуда'' - мудрые мудрецы приняли решение, с которым все согласны заранее. В партии ''Гиль'' - ну, о ней я выскажусь чуть далее; в арабских партиях... В результате 63 члена нынешнего состава израильского парламента, оплота народоволия и демократии, могут быть названы простыми и понятными бывшим советским гражданам словами ''выдвиженцы'' и ''назначенцы''.

 

Семь мандатов партии ''Гиль'' - позорище израильской политической системы. Чтобы не осталось неясностей, повторю: выбор в Кнессет семерых весьма уважаемых людей - позор; и никакого противоречия между тем, что эти люди уважаемы, а семь полученных ими  мандатов - позор, не существует.

 

В парламент вошла фракция, представители которой, безусловно, имеют определенные взгляды на внешнюю и внутреннюю политику, на экономику, на социальные проблемы и пути их решения, и далее по списку. Представители фракции - имеют, а фракция - нет. Я уже не говорю о том, что новоявленные парламентарии в течение не только первых часов, но и дней после выборов были не в состоянии ответить ни на один стандартный вопрос по поводу позиции фракции по тому или иному вопросу. Ничего в этом удивительного нет: не могли не потому, что не могли, а потому, что не выработали.

 

Между прочим, на ''русской'' улице победа партии заслуженных пенсионеров вызвала довольно заметный всплеск если не эйфории, то, как минимум, надежды. Вот, мол, наконец-то будет довольно заметная при нынешнем раскладе мандатов фракция, которая главной целью поставит заботу о пенсионерах. И очевидно, что забота эта будет не одной из целей, а наиглавнейшим предметом и объектом внимания. А уж при семи-то мандатах в нынешнем Кнессете можно сделать немало.

 

Однако ''русской'' улице следует иметь в виду, что по ней ходит много людей пенсионного возраста, но почти нет пенсионеров. Наши старики приехали в Израиль в таком возрасте, когда пенсия им не полагается, а полагается социальное пособие по старости. За это, конечно, честь и хвала Израилю. Однако следует различать пенсионеров, то есть тех, кто получает пенсию, и людей пенсионного возраста, получающих только пособие от Службы национального страхования. И следует понимать, что если фракция ''Гиль'' станет пробивать в Кнессете законы, касающиеся людей пенсионного возраста, то это пойдет на пользу и нашим старикам. Но если все их заботы будут сосредоточены исключительно на пенсиях и пенсионерах, нашим старикам, как говорится, ничего не обломится.

 

И еще  одна крошечная деталь: забота о пенсиях - это, примитивно выражаясь, деньги. И откуда эти деньги брать станут, должно быть нам с вами, налогоплательщикам, очень даже небезразлично.