Давно хотел побывать в кибуце Яд-Мордехай. Сохранив со старой родины привязанность к меду, я и на новом месте жительства включаю его в ежедневный рацион, а перепробовав разные сорта у разных производителей, остановил свой выбор на продукции именно этого кибуца. Впрочем, сразу замечу, что никакого открытия этим не делаю: как показал недавний опрос общественного мнения, для большинства израильтян слово «мед» ассоциируется с маркой «Яд-Мордехай».

 

 

 

Естественно, этому есть объяснение - кибуц держит в своих руках две трети медового рынка страны. Скажете: монополист. Своего рода, да. Однако создали его мы сами, потребители – своим недвусмысленным предпочтением перед другими производителями, и в данном случае, наверное, это не самый худший вариант.

 

Мимо Яд-Мордехая я проезжал часто, однако оперативные дела не позволяли завернуть с шоссе в его сторону, а тут вдруг выпала оказия -  руководство кибуца само пригласило меня в гости. И я, конечно, не счел возможным отказаться.

- Посмотрите, какой шикарный вид открывается с нашей высотки, - приветствуя меня широкой улыбкой, приступил сразу к знакомству со своим хозяйством секретарь кибуца Яир Шварц. - Вы, конечно, знаете, что первые израильские поселения выполняли не только экономическую, но и стратегическую роль. Так что месторасположение Яд-Мордехая выбрано не случайно. С этого холма отлично просматривается широкая полоса Приморской долины и в войну за Независимость кибуцники шесть дней, без поддержки армии, сдерживали здесь продвижение египетских войск на север.

Яир Шварц добавляет: сам кибуц был образован пятью годами раньше, в 1943году, и эта дата также связана с героической историей еврейского народа. В том году произошло восстание в Варшавском гетто и выходцы из Польши – основатели кибуца дали ему имя погибшего руководителя восстания Мордехая Анелевича.

До Ашкелона из кибуца всего десять минут езды, но еще ближе к нему Газа. Яир указывает мне на виднеющиеся вдали серые жилые дома – это лагерь палестинских беженцев Джебалия, из района которого и летят их «касамы» на Сдерот. Не менее пятнадцати смертельных «гостинцев» упало в последнее время и на поля кибуца. Арабы обстреливают их почти ежедневно и пресса не сообщает об этом только потому, что все обходится пока без жертв.

С высоты холма мне отлично виден зеленый ковер этих полей – они занимают почти пять тысяч дунамов. С них кибуцники снимают урожаи картофеля, хлопка, авокадо. А прямо подо мной, в низине – стадо коров. Несмотря на «медовую» специализацию, хозяйство не расстается с традиционной кибуцной отраслью и обеспечивает молоком и молочными продуктами как жителей своего поселка, так и близлежащий молочный завод.

Для основателей Яд-Мордехая пчеловодство не было в новинку. Они переехали сюда из-под Натании, где уже в 36-го году освоили сбор меда. Но только специалист может понять, что такое создавать медовое хозяйство в местах, где, кроме песков, ничего нет. Песков и арабов, которые всеми силами старались напакостить «непрошенным» пришельцам. Наверное, только еврейское упорство, неиссякаемое трудолюбие да смекалка помогли первым поселенцам Яд-Мордехая выдержать выпавшие на них трудности.          

Сегодня торговая марка «Яд-Мордехай» хорошо известна израильтянам. Правда, недавно она немного изменила свой вид – с картинки «пропал» хозяин лесов - мишка, но авторы новшества полагают, что при этом в глаза больше бросается главный «знак» -  название кибуца. Смена же марки носит не только символический характер. Несколько лет назад кибуц перестал быть чисто коллективным хозяйством – он вошел в один из крупнейших концернов «Элит-Штраус». Попросту говоря, продался капиталистам. Яир Шварц не без улыбки вспоминает, как бурно обсуждали кибуцники этот вопрос. Всю жизнь преданные идеалам социалистического хозяйствования, делившие поровну радости и тревоги, они вдруг оказались перед необходимостью отдать с таким трудом нажитое добро «акулам» частного бизнеса. Споры были нешуточные, но победили разумные доводы: без помощи крупного капитала кибуц не сможет развиваться, не сможет конкурировать на внутреннем рынке. Вышеупомянутый концерн выкупил 51 процент  кибуцной недвижимости, приобретя таким образом ее «контрольный пакет», а остальные 49 процентов остались в руках кибуца. Благодаря такому неожиданному союзу социализма с капитализмом упрочилось материальное положение хозяйства, а, главное, возникла возможность осваивать и продвигать на рынок новые виды продукции.

Об этой продукции мы еще скажем, а пока познакомимся ближе со старым,  «медовым» направлением. Гуляя по утопающему в цветах и зелени кибуцному поселку, трудно догадаться, что здесь расположено уникальное производство. Мед, в конце концов, изготавливают не люди, а настоящий производитель – пчела не кружит среди зарослей поселка, какими бы душистыми они ни были. Поля – главная «рабочая площадка» медоносных насекомых, и основное умение пчеловода заключается в том, чтобы вовремя, в зависимости от цветения растущих растений, установить на этих полях улья.

Пчелы трудятся, как и положено пчелам, но собрать выработанный ими мед – тоже искусство. Именно этим и занимается, собственно, кибуц. Яир Шварц проводит меня в цех медового завода и я вижу оригинальное оборудование, помогающее человеку добыть из доставленных с полей сот драгоценный нектар. Вот рабочий вставляет рамку с пчелиными «домиками» под нож одной из машин, и тот одним движением снимает с обеих сторон рамки верхний слой воска. Это тот самый воск, которым пчела запирает на «замок» наполненную медом ячейку. Замок вскрыт, но как теперь достать оттуда мед? Опытный пасечник, конечно, знает это, но как быть, если у тебя не десять и даже не сто улей, а тысячи? Тут и приходит на помощь наука, а точнее, построенная по законам физики центрифуга. Под огромной скоростью ее центробежная сила  буквально выдавливает из рамок-сот тягучую целебную жидкость. Теперь остается только осуществить ее дополнительную очистку от остатков воска – для этой роли подходит большое, метровое по диаметру, сито, и направить готовый мед в цех розлива.

Яир Шварц с гордостью знакомит меня и с этим автоматизированным производством. По трубопроводу мед поступает прямо в дозировочные автоматы, и те, согласно заданной программе, разливают его по разным стеклянным емкостям – от сувенирных тридцатиграммовых до семейных килограммовых… В месяц с конвейера завода сходит от ста до трехсот килограммов меда. Количество зависит от сезона, но самое большой поток идет, как замечает секретарь кибуца, накануне Рош а-Шана. Под новый еврейский год израильтяне закупают около 40 процентов годового производства меда!   

В зале для гостей я вижу редчайшее изображение древнеегипетской фрески: две склонившиеся женские фигурки наливают в глиняный сосуд тягучую жидкость. Она явно не виноградного происхождения, но  отлично сохранившиеся краски раскрывают тайну картины - таким янтарным цветом мог обладать только мед.

- Специалисты говорят, что этой фреске около четырех тысяч лет, - говорит Дан Вейл, консультант-технолог пчеловодческого хозяйства. -   И нам известно, что уже тогда люди знали о целебных свойствах этого удивительного напитка. Из тысячи древнеегипетских рецептов, обнаруженных на папирусах, не менее половины включают в себя мед – как средство лечения от ожогов, заболеваний печени, желудка, почек, болезней глаз. Кстати, знаете ли вы, что великий Гиппократ, отец современной медицины, был вегетарианцем и питался медом? Мед давал его организму энергию, которая содержится в обычных мясных продуктах. А видите вот эту картину? Художник нарисовал ее в пятнадцатом веке и, на первый взгляд, в ней ничего особенного нет: ну, продает что-то аптекарь женщине-горожанке. Но на склянке четко выведено латинскими буквами слово «мед». Понимаете, где продавался он пятьсот лет назад?

Ну, а теперь о новых видах продукции. То, что некоторые кибуцы посадили на северных Голанах целые сады ягод, многим из нас известно. Тот, кто соскучился по любимой черешне, ежевике, малине и даже лесной чернике, могут ее попробовать теперь в Израиле именно благодаря этим садам. Но свежую ягоду долго не сохранишь, вот и решил коллектив Яд-Мордехая освоить выпуск конфитюров из даров севера. Я попробовал некоторые из них и, скажу, получил истинное наслаждение. Особенно понравился конфитюр из черной смородины – такое впечатление, что вдохнул настоящий лесной аромат.

Выпускают кибуцники и фруктовые повидла, причем, такие, какие не встретишь в магазинах Европы. Думаю, мало кому не придется по вкусу сочетание манго и персика, яблока и кинамона, ананаса и мякоти кокосового ореха… Ну, и последняя новинка кибуца – оливковое масло. Начали его выпускать здесь меньше года назад, но благодаря высокому качеству оно быстро завоевало популярность покупателя.

К сожалению, не успел познакомиться со многими достопримечательностями кибуца. Яд-Мордехай хранит страницы своей истории – здесь разбит парк памяти павших, установлена статуя Мордехая Анелевича, на месте боев 48-го года сооружена панорама, воспроизводящая события полувековой давности. Есть в кибуце и небольшой музей Катастрофы и героизма европейского еврейства. Прошлое и настоящее соединилось, кажется, в одном отрезке времени. Времени, в котором главным действующим лицом является Государство Израиль и человек, создавший его – без всяких метафор - своим потом и кровью.