От редакции israMir’a. Материал не самый свежий – но мы решили, что это компенсируется интересностью изложенных в нем фактов и мнений.

И еще – тем, где он был опубликован: «Центр анализа стратегий и технологий», журнал "Экспорт Вооружений", Россия.

 

Израиль уже публиковал данные о портфеле заказов, подписанных израильским ОПК в 2000 - 2003 гг. Мы не делаем из этих цифр секрета, наоборот, мы публикуем их почти каждый год. Публиковали мы их и до 2000 г.

 

В 2000 г. мы подписали контрактов на сумму около 2,48 млрд. долл. США, в 2001-м - на 2,58 млрд., в 2002-м - на 4 млрд. и в 2003-м - на 3,02 млрд. долл. В нынешнем 2004 г. мы поставили себе целью сумму 3 млрд. долл. Я не уверен, что так оно и будет, но мы стараемся ее достичь. По результатам первого полугодия мы подходим к 2 млрд., но какова будет окончательная цифра, прогнозировать со всей определенностью трудно, потому что характер международной торговли ВВТ таков, что на него влияют многие события, включая внешние факторы, на которые мы не в силах повлиять. Здесь существует очень важный вопрос, касающийся нашей оборонной промышленности в целом. Израильская оборонная промышленность существует в первую очередь для того, чтобы разрабатывать и производить вооружения для Вооруженных сил Израиля.

 

Это первоначальная идея, это задача данной промышленности, вот почему эта промышленность в целом остается государственной (более чем на 75 процентов государственная и только на 25 процентов частная). Поэтому большая часть ВВТ производится по оперативным требованиям Вооруженных сил Израиля. Однако закупки за счет текущего оборонного бюджета составляют не более 25 процентов продукции этой промышленности. Так что это очень необычная оборонная промышленность по мировым меркам, но и Израиль - уникальная страна. Нет другой такой страны, как Израиль, которая с населением всего 6,5 млн. человек и территорией 22 тыс. кв. км имела бы вокруг столько врагов, желающих ее уничтожения. Вопрос о том, какого типа оборонную промышленность нам иметь, сколько она должна поставлять вооружений национальным вооруженным силам и до какой степени она должна опираться на внешний спрос, является крайне важным. Пока что мы выживаем с очень несбалансированным соотношением - 25 процентов поставок на внутренний рынок и 75 процентов - на экспорт. Наши возможности сохранить такое положение зависят от многих факторов.

 

Конечно, существуют такие факторы, как технологический уровень нашей продукции и наличие конкурирующих предложений на мировом рынке. Когда мы предлагаем на рынок ракету Spike производства компании Rаfael, то она сталкивается с конкуренцией со стороны Lockheed Martin, с российскими и французскими ракетами. Надо иметь в виду, что мы не используем какие-либо политические или финансовые рычаги. Израиль не может предоставлять щедрые кредитные линии и долговременную финансовую поддержку, когда это касается экспорта наших вооружений. Мы также не можем пользоваться какими-либо из тех политических рычагов, которые имеются в запасе у Франции, Китая, России и Америки. Мы должны представлять наиболее адекватное данному рынку предложение, предлагать продукцию вместе с концепцией ее применения и стараться конкурировать за счет более высокого качества самого изделия.

 

Мы должны выходить на рынок с системами вооружений и концепциями, которые могут победить за счет своей эффективности, потому что мы не можем оказывать столь же мощное политическое влияние на то, чтобы заставить, например, Нидерланды принять решение в пользу покупки ВВТ у Израиля, а не у Соединенных Штатов. Нам приходится противостоять сильному политическому влиянию Франции, или Испании, или США, или любой другой европейской или североамериканской страны, когда они имеют аналогичные израильским предложения, для того, чтобы убедить потенциального покупателя приобрести данный товар именно у нас.

 

В Индии на тендере по средствам радиосвязи предложение Tadiran было принято потому, что мы были готовы к такому уровню производственной кооперации, разделения труда и передачи технологий, на которое не пошли другие компании, такие, например, как Marconi.

 

Другим вопросом является, до какой степени мы готовы передавать технологии нашим покупателям. Когда речь идет о наших союзниках, мы готовы трансферировать технологии, а также идем на реализацию офсетных программ. Именно поэтому Израиль сумел выйти на такие объемы экспорта, которые есть у крупных поставщиков. Я думаю, что у нас нет иного выхода, кроме как развивать промышленность. Только используя этот инструментарий, Израиль может сохранить достигнутый нами паритет в отношениях с крупными военно-промышленными державами. Российская промышленность очень велика по своим масштабам и способна производить замечательную технику. Этот факт мы не можем легко игнорировать, когда конкурируем на конкретном рынке. Предположим, в Индии возникает вопрос, например, о закупке какого-то определенного вида оборудования у Израиля или у России. Мы можем предложить нашим покупателям передачу технологии и совместное производство. Повторю, именно благодаря такому гибкому подходу мы сумели в последние три-четыре года подняться с уровня 1,7 млрд. долл., который являлся средним на протяжении 1990-х гг., до 3 млрд. Но это не является гарантией того, что мы останемся на этом уровне навсегда.