В прошлый четверг, 9 февраля, президент России Владимир Путин пригласил в Москву руководство ХАМАС, исламистской политической партии, победившей на недавних выборах в Палестине. ХАМАС быстро приняла приглашение - встреча запланирована на этот месяц. Применительно к этому случаю действует закон, вообще связанный со многими реалиями дипломатического мира: сам факт того, что приглашение было послано и встреча состоится, гораздо важнее, чем все то, что будет сказано во время этой самой встречи.

Сам по себе жест России к ХАМАС не имеет непосредственного отношения, а к Израилю не имеет отношения вообще. Если вспомнить, сколько неприятностей доставляет России Чечня, то, по идее, никакие шаги, усиливающие радикальное исламское движение - а сюда относятся все шаги, так или иначе связанные с ХАМАС - Москва не должна рассматривать в принципе. Но ведь у России есть проблемы и покрупнее - например, вопрос о ее собственной роли в мировых делах. Или такой вопрос, как отношения с Соединенными Штатами. Итак, Россия приглашает лидеров ХАМАС в Москву не из-за палестинцев и не из-за израильтян. Речь идет исключительно об отношениях между Россией и США. В этом контексте приглашение ХАМАС в Москву - момент очень значительный.

Фон: Россия меняет стратегию
В воскресенье, 12 февраля, Государственный секретарь США Кондолиза Райс (Condoleezza Rice) повторно высказала мысль, которая уже стала в США постоянной темой, связанной с Россией:
- Мы весьма обеспокоены, в особенности относительно некоторых элементов демократизации, развитие которых, как нам представляется, идет в неправильном направлении. Думаю, вопрос о том, в каком направлении идет развитие России, остается пока открытым, - добавила она.

Сказать, что эти 'позывные' раздражают Россию - значить продемонстрировать чрезвычайно мягкое понимание сложившейся ситуации.

Русские фактически заново определяют свое геополитическое положение. Еще с середины 80-х годов прошлого века в России было широко распространено мнение о том, что отказ от геополитической конфронтации с Соединенными Штатами принесет стране некие материальные выгоды. Иначе говоря, русские еще тогда готовы были учиться у Запада и активно искали контактов с ним, ожидая от Запада консультаций, даже проповедей - и приветствуя и консультантов, и проповедников.

Сегодня русские уже смотрят на эту стратегию далеко не так однозначно. В России есть люди, считающие, что она привела Россию к катастрофе. Есть такие, кто спорил бы с ними, утверждая, что порочна была не идея, а ее воплощение, и что все еще можно исправить. И, наконец, есть такие - и их подавляющее меньшинство, - кто считает, что реформы дали бы реальный результат, если бы их провели быстрее и глубже.

Эту последнюю группировку в Москве уже никто не замечает. Основная линия разделения сегодня проходит между теми, кто требует полного пересмотра политики - таких намного меньше - и теми, кто считает, что, с одной стороны, на всех уровнях необходимы серьезные изменения, но, с другой, от самой идеи об обществе частной собственности и рынка отказываться не стоит.

Таким образом, основная борьба в России в настоящее время идет за то, насколько ограниченной должна быть демократия и насколько контролируемыми должны быть рыночные реформы. И все это на общем фоне глубокой подозрительности в отношении США. В России господствует мнение о том, что требования Райс по усиленной демократизации страны на самом деле направлены на дальнейшее ее ослабление. Те, кто придерживается подобных взглядов, обязательно приведут в качестве основания события в регионах бывшего Советского Союза, которые в России считаются неотъемлемой частью ее сферы влияния. По их мнению, за этими событиями стоят спецслужбы США. В частности, считается, что о стремлении США добиться полного развала России, навязывая ей вредные реформы и окружая ее собственными - и враждебными ей - сателлитами наглядно свидетельствуют события на Украине.

Во время празднования Дня окончания Второй мировой войны в Европе в мае 2005 года президент США Джордж Буш всячески подчеркивал две эти темы, во-первых, посетив Латвию и Грузию, которые обе считаются в России противницами ее интересов, а затем высказав в адрес России публичную критику за недостаточно успешную демократизацию. Вашингтон ясно дал понять, что не ослабит давления, но русские в этом и не сомневались - и в результате перешли в наступление на различных уровнях с целью противостоять влиянию США в области, называемой в России 'ближним зарубежьем'. В этом году в этом направлении уже были сделаны определенные шаги - приостанавливались поставки природного газа на Украину и в Грузию.

Теперь приходит время поговорить и о приглашении в Москву лидеров ХАМАС. Для этого приглашения есть целый ряд причин, и самая главная из них - что этого не хотели бы Соединенные Штаты. Русские, хотя и довольно запоздало, все же пошли на контакт и с Израилем: в знак того, что Россия отнюдь не склоняется в сторону ХАМАС, в субботу, 12 февраля (так в тексте - прим. перев.) министр обороны Сергей Иванов пригласил в Россию своего израильского коллегу Шауля Мофаза (Shaul Mofaz). Основных же сигналов было два, они были написаны между строк и предназначены для Вашингтона.

Первый заключался в том, что во внешней политике Москва больше не считает себя 'младшим братом' - да и вообще братом - Вашингтона. Второй сигнал гласил, что Россия может насолить Вашингтону в регионах, представляющих для него фундаментальный интерес, в той же степени, что и Вашингтон - наделать России неприятностей на ее периферии. Если бы это было выражено в письменном виде, Москва написала бы: 'Не надо думать, что если Россия не имеет возможности удовлетворить свои внешнеполитические интересы, то это означает, что у нее вообще нет политических интересов. Ничто, что Россия получает от экономических отношений с США, не компенсирует геополитического ущерба, который ей наносят те же США'. Иначе говоря, на дворе уже 2005 год, а не 1995-й. За прошедшее десятилетие много воды утекло, причем большая ее часть - не туда, куда хотели русские. И вот правила игры меняются.