Коррупция, протекционизм, местничество – эти понятия являются столь же органичными составляющими израильской системы власти, как привычка к бесконечным кризисам и политическим торгам. Государство, которое выросло из принципов местечка, где гражданственность была заменена семейственностью, и право на выживание доминировало над понятием равенства перед законом,  это государство переживает сегодня жесточайший системный кризис, кризис гражданственности.

 

Да, в тот, период, когда независимость страны приходилось защищать с оружием в руках, когда на раздумья, что по закону, а что не очень, порой не оставалось времени, - единственно, что спасало сначала, евреев, потом израильтян – это отношение к народу, как к семье, принцип доверия просто потому, что этого человека ты знаешь, и готов за него поручиться. На этих принципах строилась безопасность, а следом за ними экономика и политика, на этих принципах выросло не одно поколение израильтян. И во многом благодаря наличию подобных связей Израиль выстоял и выжил.

 

Но как ребёнок вырастает из коротких штанишек, так и Израиль уже давно вырос из ментальных границ местечка. Современное, динамичное, развивающееся государство не может себе позволить иных принципов общественных отношений, кроме равенства перед законом, единых стандартов для всех, единых правил, которые открыты, прозрачны и гарантируют всем равные возможности в соответствии с личностными и профессиональными качествами, а не наличием друзей и родственников в системах власти.

 

Почему в США обнародование факта об устройстве «своего» на «тёпленькое» местечко автоматически ставит крест на общественном и деловом будущем человека, а у нас – это нормальная практика? Почему в странах Европы репутация представителей исполнительной власти должна быть кристальной, а у нас термин «репутация» вообще отсутствует в политическом дискурсе?

 

Во всём виновата система, говорят политологи и разводят руками, давая понять, что изменить нынешнюю ситуацию практически не возможно. Что поделать, исполнительная власть у нас не отделена от законодательной, а это значит, что во всех сегментах этой самой власти начиная от министерств, ведомств и заканчивая госпредприятиями, деятельность чиновника или руководителя обусловлена не пользой, приносимой обществу, а внутрикулуарными, политическими и какими угодно ещё интересами, и заставить чиновника работать по другому возможности нет, поскольку персональной ответственности за безобразия, происходящие в его ведомстве он не несёт. Именно поэтому он может позволить себе нецелевые назначения, изменения условий конкурсов «под своих», дискриминацию для одних и спецусловия для других,  И ЕМУ НИЧЕГО ЗА ЭТО НЕ БУДЕТ, кроме мелкого общественного порицания, которое наверняка пройдёт незамеченным. Беда Израиля не в том, что у нас нет нужных законов, а в том, что они не выполняются. Что делать? Помимо прямого законодательного решения – отделения исполнительной власти от законодательной, на которое депутаты никогда не пойдут, (это ж лишает их перспектив сесть в министерские кресла) - существует и другая возможность добиться нормализации работы системы.

 

Я человек бизнеса, и за свою долгую и, чёрт с ней, со скромностью – вполне успешную деловую жизнь выстроил не одну и не две системы управления, которые работали и работают чётко и эффективно. Так вот, даже сегодня на уровне действующих административных моделей можно решить казалось бы, не разрешимые проблемы. Скажем проблема кадров решается достаточно просто. Правительство во главе с премьер-министром принимает решение о приёме на работу в госучреждения по прямым контрактам, минуя агентства по найму, причём базовые условия приёма на работу должны быть прозрачными и равными для всех претендентов. Это решение не требует изменения законов, это обычное административное распоряжение, которое спускается в рабочем режиме сверху вниз и снижает уровень дискриминации, и протекционизма в несколько раз.

 

А чтоб окончательно закрепить гарантии его выполнения, выпускается ещё одно распоряжение о «персональной ответственности» начальников отделов кадров и глав советов директоров госкомпаний за соблюдение равенства прав работников, что, в случае несоблюдения этих самых прав, ведёт к увольнению «граждан начальников», лишения права работы в госструктурах, а в отдельных случаях и к уголовной ответственности. Берусь утверждать, что после показательного увольнения нескольких «кадровиков» из госструктур уровень «блатников» в сих «учреждениях» упадёт в несколько раз. Или другой пример. Распоряжение гендиректора, о том, что в вверенной ему структуре могут работать только люди, имеющие первую степень, а на руководящих должностях вторую и по профилю – и половина мест в госучреждениях окажется вакантна в том числе и для репатриантов с высшим образованием.