За последнее десятилетие молдавская историография Второй мировой войны существенно пополнилась публикациями, однако, как нам представляется, не всегда выгодно отличающимися  в качественном аспекте. Это, в первую очередь, касается разработки тематики деятельности румынской администрации на территории оккупированной Молдовы, деятельности, которая оценивается многими историками нашей республики исключительно положительно.

 

 

Нацистское вторжение в СССР квалифицируется как действие «румынской и немецкой армий по предотвращению большевистского нападения на Румынию и Германию». Заявляется, что «германо-советская война положила конец… антинародной политике преступного государства по отношению к мирному населению похищенной провинции».

 

Иона Антонеску некоторые авторы хотели бы представить героем и мучеником нации. О преступлениях гитлеровцев и их румынских сателлитов на страницах вышеупомянутых работ – ни слова. Не встретит читатель ни слова и в знак осуждения преступного союза Гитлера и Антонеску. Однако присутствует здесь молчаливое одобрение лозунгов типа: «Да здравствуют наши союзники и великий вождь Германии Адольф Гитлер!», «Да здравствует румынская и немецкая армии!», «Да здравствует король Михай и канцлер Гитлер!», «Долой жидов и коммунистов!»

 

Партизаны, боровшиеся с фашизмом (и защищавшие «жидов») квалифицируются не иначе как террористы, утверждается, что „режим Антонеску являлся современной (читай: цивилизованной – С.Н.) диктатурой, толерантной по отношению к демократической оппозиции» (см.: Petrencu A. Romвnia _i Basarabia оn anii celui de-al doilea rzboi mondial, p. 31, 43, 49, 59, 63, 70). Или, что значат приводящиеся в качестве аргумента в пользу тезиса о «толерантности» и «нравственности» правления И. Антонеску, его же слова на судебном процессе над ним: «Если евреи в Стране Румынии ещё живут, то живы исключительно благодаря Маршалу Антонеску!».

 

По нашему мнению, такой подход, мягко говоря, не совсем объективен. Более того, трехлетний период румынского оккупационного правления в Бессарабии и Транснистрии далеко не «самый благодатный» в истории молдавского народа и в особенности в отношении наших сограждан еврейской национальности. Молдавская республика оказалась расчлененной на две части, искусственно изолированные друг от друга проведённой границей, вдоль которой были выставлены румынские пограничники. В отличие от Бессарабии и Северной Буковины, Транснистрия формально в состав румынского государства не входила. Однако, в ходе войны против СССР её аннексия стала одной из главных целей политики правящей фашистской клики во главе с И. Антонеску. «Не секрет, что я не склонен упустить из рук то, что приобрёл, – недвусмысленно заявил диктатор на заседании правительства 26 февраля 1942 г. –

Транснистрия станет румынской областью, мы её сделаем румынской, выгнав оттуда всех чужих… Мы должны создать (жизненное – С.Н.) пространство для румын, т.к. румыны не могут себя прокормить».

 

Уже в самом начале, деятельность оккупационных властей и коллаборационистов была направлена на подавление сопротивления населения захваченных областей методами насилия и террора. Истребление мирных граждан Молдовы, вне зависимости от их национальной принадлежности, осуществлялось в порядке политики «румынизации и колонизации». Как говорил «кондукэтор», «интересы страны и мой собственный состоят в том, чтобы все те, которые желают покинуть её, покинули, т.к. я желаю воссоздать чистый стол для румынского народа и вычистить густым гребнем всех чужаков из Румынской страны».