Реформа, лат., преобразование; вводимое законодательным путем усовершенствование какой-либо отрасли государственной или общественной жизни. (Малый энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона)
Проформа - форма или формуляр какого-либо документа.  Как, как будто, как бы, вроде... наподобие... для блезиру, для прилика. (Словарь русских синонимов и сходных по смыслу выражений)

Поскольку экономика и хозяйство страны – система достаточно сложная, итоги года прошедшего продолжают поступать и сегодня; как правило, этот поток данных об ушедшем годе будут становиться известными еще месяца полтора-два. Но уже сегодня можно с высокой степенью уверенностью сказать, что основные итоги, как в макроэкономике, так и в микроаспектах будут уверенно позитивными.

Много говорено, написано и показано по достаточно болезненной для израильского общества теме: бедность. Точнее будет сказать, что общество, общественных деятелей, политиков, специалистов по экономике и социальным проблемам волнует не столько сам факт наличия бедности в нашей стране, сколько фактически самые высокие показатели среди промышленно-развитых стран: в Израиле по официальной статистике ниже черты бедности живут 20.6% граждан. То есть – каждый пятый.

На нас, на страну, на общество израильское в последние недели обрушилось что-то уж совсем ненормальное количество событий, явным образом чреватых неприятными последствиями. То есть нельзя сказать, что у нас в Израиле вот уж какое-то время установился размеренно-серый образ существования по образцу «скучно-европейского» (а там, кстати, тоже не очень-то и «серо»...) – просто в последнее время наблюдается некоторая явно из ряда вон выходящая концентрация «неприятностей в перспективе»...

Отношение избирателей к членам парламента (любого, я думаю, вовсе не обязательно только нашего) определяется, по большому счету, двумя выражениями: «слуги народа» и – «избранники народа». И хотя гораздо проще углядеть разницу в этих подходах, есть между ними одно неразрываемо общее: кого выбрали – тот тебе и служит. Именно в таком порядке: сначала – выбрали, а уж потом – служит.

Достаточно это бестолковое занятие – экономические прогнозы, особенно в такой труднопредсказуемой стране, как наш Израиль. Мне как-то уже приходилось писать, что беспроигрышными прогнозами практически всегда являются прогнозы негативно-плаксивые: если сбудутся – все скажут «ах, какой умница этот прогнозист», если нет – на радостях наверняка забудут.

В самом начале 90-х, на пике нашей волны репатриации, многие из нас, чтобы четче представить себе ситуацию и положение, сравнивали Израиль – чем, собственно, мы занимаемся и сегодня, по прошествии вот уж скоро двадцати лет. Только если тогда мы сравнивали Израиль в основном со странами, из которых приехали, то сегодня мы сравниваем Израиль в основном со странами, в которых за годы нашего израильского опыта успели побывать.

Такого рода совершенно беспроигрышные сборники время от времени, а особенно под всякие праздничные и юбилейные даты выпускает практически каждая уважающая себя компания грамзаписи. Ведь совершенно очевидно и понятно, что поклонников «Танца маленьких лебедей» – гораздо больше, чем хоть раз побывавших на «полной версии» «Лебединого озера», что любители «Summertime» несравненно более многочисленны, чем готовые выслушать целиком «Порги и Бесс».

В отличие от великих умов российской литературы и политики я решил позволить своему скромному еврейскому израильскому соображению задаться совершенно нетрадиционным вопросом: кто прав? И вопрос это я хочу задать – прежде всего самому себе – в связи со вполне конкретными делами нашей израильской финансово-экономической жизни. А начать я хочу с совершенно конкретной истории совершенно нелюбовного треугольника Гиршзон – Зелика – Эйни.

Самое поразительное в наших израильских забастовках, особенно всеобщих, на мой личный взгляд, то, что в значительной степени причины, их порождающие, и даже обстоятельства их проведения – повторяются из ода в год. И это, опять же на мой личный взгляд, одно из самых очевидных показателей их бессмысленности. Ибо забастовка, по словам нынешнего руководителя израильских профсоюзов Офира Эйни, «не самоцель, а инструмент» – но коль из года в год инструмент применяется безо всякого последующего результата, то, скорее всего, он давно уже стал негодным.