Вот и любви пришел каюк,
дорогой Владим Владимыч
(В.Маяковский, "Неоконченное")
Этот опус  можно считать школьным сочинением, переписанным до полной неузнаваемости через сорок лет блужданий автора по дорогам и колдобинам родной  российской литературы. В эпиграфе - строка последнего, предсмертного стихотворения поэта.

Не нами придумано делить мир на антагонистические пары: холодное и горячее, богатые и бедные, больные и здоровые, верующие и скептики, умные и глупые, честные и подлые, свои и чужие…  Не то,  чтобы мы не понимали примитивность и несовершенство такого деления, его опасную категоричность или чрезмерное упрощение, но слишком уж соблазнительно одним махом отнести явление или человека к определенной и, хотя бы, на время, удовлетвориться этой определенностью.

В большинстве самых серьезных работ о моем любимом историческом персонаже – Юлии Цезаре (любимом потому что его время,  судьба  и посмертная легенда -  из числа самых поучительных) авторы аж со времен Плутарха начинают повествование о его, Цезаря, стратегии захвата власти. Читателю непременно указывают на скрупулезно осуществленный молодым авантюристом и политическим интриганом план – сменить республиканскую форму правления и стать монархом.

Вернемся к «философски-политическому дуализму».
Увы, третье измерение для такой диалектической пары, а тем более четвертое, пятое... – всегда ни к месту. До него сдишком спорящие просто не добираются. Но ведь есть, Монтень, Эйнштейн, Швейцер. И еще многие мыслители, которых сложно пристегнуть к идеологическим задачам.
Они всегда политически неактуальны.

Где-то я прочитал,  что оба американских профессора, о которых мы говорили выше (Фукуяма и Хантингтон) «по жизни» хорошие друзья. Обслуживая двуполярную политическую систему, им волей неволей приходиться "разбиваться на две команды". Может показаться самонадеянным навешивание таких ярлыков на властителей мыслей думающей части человечества, но попробую объясниться.

Весь имеющийся на земле разум бесполезен для того, кто не владеет собственным. (Артур Шопенгауэр)
"И пусть истинно верующие да  разбивают яйца с того конца, с которого удобнее." (Джонатан Свифт)
Как часто первая попавшаяся система взглядов кажется основой миропонимания.
Иногда на всю жизнь.

Потирая тревожно  или радостно руки в «предчувствии гражданской войны» - в Газе, израильский обыватель (автор отнюдь не исключает себя из этой категории) был все же на истекшей неделе  занят выборами .  Выборами  председателя больше, чем просто партии и президента – чисто номинального «отца нации». Последний, впрочем, может оказаться вовсе не декоративным президентом, – слишком велика его вовлеченность в политический процесс.

Нужно просто попытаться следовать ей в жизни буквально. Без нее, впрочем, как без сверхзадачи,  тоже ничего серьезного не построишь. По счастью, люди достаточно разумны, чтобы не жить только  одной-единственной идей. Хотя попытки такие они никогда не оставляли…
Многим давно уже ясно: сионизм, как и все другие «измы» не цель, а средство. Средство, найденное почти вовремя, -  для спасения евреев от физического истребления, от потери исторической памяти (потери религии, «наследственного» неизбывного нонконформизма, обычаев, повадок…), от многовековой бездомности.